Salixe
13.02.2012, 17:22
Раз уж тут все графоманят, то я чем хуже? По мучайтесь-ка и плодами моего больного разума). Осторожно: многа, очень многа букав (вы не осилите, подозреваю))). Итак, вашему вниманию предоставляется фик без названия (у воображения аккумулятор сел), зато с эпиграфом.
Sic transit gloria mundi.
Пролог.
Друидка рывком села в постели и бросила взгляд в окно. Непогрешимые биологические часы зооморфа разбудили её ровно в тот час, когда первые лучи солнца уже лизнули восточный краешек неба. Девушка выскочила из тёплой постельки (Как?! Уже уходишь? А как же седьмой сон?) и деятельно заметалась по комнате. На столе были обнаружены две засохшие селёдки (оставшиеся с вечера), тут же наречены завтраком и немедленно употреблены по назначению. Друдка подбежала к тазику с водой, изобразила умывание (Будем считать, что мы поверили), провела когтистой лапкой по волосам, изображая причёсывание (Вот это уже совсем не убедительно), наконец, она, схватив дорожную сумку напихала в неё весь необходимый (и обходимый тоже) инвентарь и выбежала в дверь. Тёплая постелька (остыть не успела) осталась одна (Вот, значит, как… Всё-таки ты ушла… Ничего, ты ещё вернёшься… Всегда возвращаешься. Уж я-то тебя знаю!).
Зооморфка ненадолго задержалась на пороге дома, служившего прибежищем таким как она, молодым друидкам и оборотням, вдыхая свежий утренний воздух. Посёлок ещё спал. Только старая кляча вздрагивала и всхрапывала порой во сне. Быть может, ей снились времена, когда она, а вернее он, был вовсе не старой клячей, а гордым скакуном, боевым конём одного из прославленных полководцев не столь далёкого, но уже безнадежно забытого прошлого. О, этот бег наперегонки с ветром и жаркие битвы! А цветы осыпающие его с хозяином в дни побед? И сам хозяин, молодой, статный воин, любимец дам (и сам их большой любитель), таким не грех прихвастнуть перед другими жеребцами… Где те ноги, что состязались с ветром? Где те битвы и славные победы? Где тот храбрый полководец? Всё ушло, увы… Ноги ныне соревнуются с лягушками в предсказании погоды, битвы отгремели, смолкла музыка на пиру победителей… Да и кости полководца давно уже моют дожди где-то под Горами Сломанного Лука…
Дуридке, конечно, не было никакого дела до ностальгических сновидений старой лошади. Её саму сегодня ждали великие дела, вот прямо сегодня, и поэтому она направилась к реке. Там она приняла форму лисы (надо сказать, что поскольку наша друидка принадлежала к «кошачьей» морфе, её лисья звероформа несколько отличалась от «классической»: шкура была серой и с полосками, уши были немного другой формы, да и мордочка коротковата) и, плюхнувшись в воду, поплыла в направлении Города Перьев. Вообще-то в столицу сидов можно было банально телепортироваться, но наша героиня, прижимистая от природы, не пожелала тратить тысячу юаней на это, когда можно добраться вплавь всего за неполные два часа.
Так она и плыла, изредка от скуки попугивая сонных черепах. Наконец, показались строения Города Перьев. Друидка-кошка вытащила свою мокрую тушку из воды в стороне от главной дороги: прежде всего надо привести себя в порядок. Ну, хотя бы попытаться. Зооморфка приняла гуманноидную форму и с удовлетворением оглядела абсолютно сухонькую и чистенькую кожаную броню (Между прочим, новенькую и самодельную, чем девушка невероятно гордилась). Ах, магия, отличная ты штука, скажу я тебе!
***
Тем временем на посту у главного въезда стоял один молодой, но очень недовольный лучник. Ну, разве можно вообразить занятие более скучное, чем стояние на часах в столице сидов!
-Какжездесьтухлоблинааа… - пропыхтел, не разжимая зубов Чен И, ни к кому особо не обращаясь. Его напарница сделала вид, что ничего не услышала.
Пытаясь хоть как-то развлечь себя Чен И попробовал следить за божьей коровкой, ползущей по травинке у обочины дороги, но она улетела. Тогда он начал считать муравьёв, но сбился на третьем (с арифметикой у него было ещё хуже, чем с усидчивостью). Начал баловаться с тетивой лука, слушая звук «пеу-пеу», но получил по рукам от напарницы.
Наконец, он ПРИДУМАЛ…
-Юи!!! – заорал во всё горло лучник, не обращая внимания на страшные глаза, сделанные его напарницей. Пост его заклятой подруги на все времена находился на периметре, скрытый от Чена углом дома, и так орать было совсем необязательно. Но, по мнению юного сида, очень желательно.
-Чего тебе, Желторотик? – отозвался бодрый голос из-за дома.
-Сама ты Гнусавая! – не остался в долгу стрелок. И действительно, в детстве, когда Юи училась летать, одно её приземление было не очень удачным. Жрецам удалось придать её дыхательному органу его более-менее первозданный вид, но с тех пор голос сидки всегда звучал немножко в нос, за что она и получила сие нелестное прозвище. Впрочем, её это едва ли волновало.
-Может я и Гнусавая – радостно согласился угол дома – зато у меня есть орешки! – раздалось нарочито громкое хрумканье –Много! Много орешков! На всё дежурство *хрум-хрум* ффатит *хрум* И пока я ем *хрум-хрум-хрум* оффеффки *хрум* мфе не фуфет ффуфно! (Данная фраза в переводе с языка орехогрызов означает: «И пока я ем орешки мне не будет скучно!») Да, Юи всегда знала, как поддразнить друга.
Чен И уже почти придумал остроумный ответ на этот сокрушительный довод противницы, когда на дороге появилась уже знакомая нам друидка.
Чен начал панически искать глазами напарницу, но она куда-то пропала (пошла за затычками для ушей и шорами для глаз и… исчезла со страниц этой повести). Лучник снова бросил взгляд на приближающуюся зооморфку. Теперь она казалась ему крайне подозрительной и опасной личностью. Как ещё объяснить внезапную пропажу напарницы? (Юный сид был не очень склонен к рефлексии, и ему в страшном сне не могла присниться истинная причина побега лучницы.) Появление «лисицы» и исчезновение сидки должны быть связаны!
-Стой! Кто идёт? – дорогу молодой друидки заступил лучник-сид. Девушка не без любопытства взглянула на стражника. В Городе Оборотней она видела мельком и издалека сновавших по делам сидов, но сейчас она впервые видела крылатое «дитя богов» вблизи. Тонкие, будто нарисованные стремительным росчерком пера черты лица, растрёпанные русые с рыжиной волосы, такие же встрёпанные головные крылья, тёмно-карие глаза, гибкое, стройное тело с правильными пропорциями… А что, хорош, но на вкус зооморфки уж очень похож на девочку. Ему бы лисьи уши нацепить и будет точно друидка.
-Я спрашиваю, кто ты и по какому делу! – гаркнул сидик, пытаясь казаться внушительным.
Тааак, продолжаем осмотр… Дорогая броня из кожи высшего качества, амулетики-феньки тоже на уровне, отменный лук, совсем новый… Ага, сынок богатеньких и влиятельных родителей. Наверняка ещё и аристократ к тому же. Да уж, сиды – единственная нация, в которой знати чуть ли не больше, чем простолюдинов. В Городе Перьев так вообще: куда ни плюнь – в аристократа попадёшь.
-Ты меня слушаешь?! Я спросил, кто ты и зачем пришла в Город Перьев!!! – вскипал Чен И.
Друидка отвлеклась от своих раздумий, сообразив, что стражник что-то упорно выспрашивает у неё уже довольно долгое время.
-В чём дело, Чен? Орёшь, как в тот раз, когда я дала тебе в руки палку и сказала, что если ты ударишь пчелиный улей, оттуда вылезет добрый дух, который подарит тебе невероятную скорость - из-за угла, похрустывая орешками показалась Юи.
-Мне было шесть лет! И ты меня обманула!
-Обманула? – усмехнулась лучница - Где же? Ты нёсся от тех пчёл с просто невероятной прытью.
Друидка навострила треугольные ушки. Пчёлы? Интересно, интересно… Какова вероятность того, что речь идёт именно о тех пчёлах, из-за которых она и пришла сюда?
Однако, размышляя, зооморфка не упускала возможности изучить сидку. По правде говоря, Юи была далеко не красавицей в понимании сидов. Очень высокая для женщины-сида, немного угловатая фигура, рыжие-рыжие, до красноты волосы длиной до плеч, кое-где заплетённые в небрежные косички, обильно и нарочито разукрашенные алыми тенями бледно-голубые глаза, подведённые такой же алой помадой вечно усмехающиеся губы, несколько ассиметричные черты лица. Впрочем, и человек, и зооморф, и амфибия, и древний нашёл бы Юи симпатичной, а ассиметрию лица счёл бы чертой, придающей девушке особый шарм.
Что до её снаряжения… Да, ещё одна «золотая» девочка.
-Ну, так и будем стоять, глазами друг друга пожирать? – наконец, прервала затянувшуюся паузу лучница. Она, в свою очередь, тоже успела присмотреться к нарушительнице спокойствия и даже сделала кое-какие выводы.
-Назови своё имя и дело! – тут же встрял Чен И, всячески пытаясь напомнить окружающим, что это ЕГО пост. Разумеется, безрезультатно.
-Что за дела?! Почему это я должна отчитываться перед двумя детишками с луками?! – прошипела зооморфка. В конце концов, она планировала закончить со своим делом до обеда!
-Сейчас военное время, киска, - невозмутимо промурлыкала Юи – Мы обязаны останавливать всех подозрительных личностей, направляющихся в город.
Друидка фыркнула.
-Так, значит, я подозрительна?
-Так, значит, да – сидка тонко улыбнулась своим алым ртом.
-Ваше. Грязное. Куриное. Гнездо. Меня. Нисколько. Не. Интересует – чеканя слова, шипела зооморфка - Всё. Что. Мне. Нужно. Это. Лиственные. ПЧЁЛЫ!!!
Воцарилось молчание… К этому моменту, кстати, вокруг собралась немаленькая толпа зевак и теперь они, затаив дыхание, следили за происходящим.
У Чена И задёргался левый глаз. Обозвать Город Перьев (ГОРОД ПЕРЬЕВ!!!) «грязным куриным гнездом» (вообще-то все представители других рас между собой называли столицу сидов не иначе как «гнездом», но никто бы не посмел так сказать при сиде), да ещё глядя в глаза двум стражам! Юи даже позабыла об орехах. Однако именно она первая справилась с собой.
-Там – показала рукой в сторону сидка – верфь, дойдёшь до неё, повернёшь направо к холмам, над теми холмами и летают эти твои пчёлы - и снова вернулась к своей хрустящей закуске.
-Премного благодарна – буркнула друидка и, развернувшись, поспешила в указанном направлении.
-Стой!
-Ну, что ещё?!
-Просто для отчёта, твоё имя?
Зооморфка помедлила немного, наконец, бросила:
-Бродяга.
-Бродяга?
-А что, какие-то проблемы?
-Никаких. Свободна.
Когда друидка скрылась за холмом, Чен И запоздало выпалил:
-Какой, к Бездушным, отчёт?! Какие, во имя демонов, пчёлы?!! Что здесь происходит?!!
-Элементарно, мой невнимательный и недальновидный друг – хладнокровно отозвалась Юи – Судя по облику этой кошечки, ей как раз пора обзаводиться собственной пчелой. Видишь ли, друг мой, не эрудированный, друидки считают наших пчёлок, да-да, тех самых пчёлок, из-за которых ты две недели имел облик перезрелого помидорчика, весьма подходящими для роли летучего трындеца для всех, кто им пришёлся не по нраву. Поэтому каждый год примерно в это время сюда стекаются лисицы, достигшие необходимого уровня тренировки, чтобы приручить себе парочку членистоногих друзей. Для них это отчасти ещё и вопрос престижа, знаешь ли. Ну, а про отчёт я приплела, чтобы узнать имя.
-Пчёлы… Ладно. Хорошо. Просто замечательно – проговорил лучник - Я, конечно, может быть, ошибаюсь, я могу быть не прав… но не кажется ли тебе, хоть слегка, что её следовало бы немного… самую малость предупредить о НАШЕСТВИИ НАГ И ВОДЯНЫХ ДУХОВ У ВЕРФИ?!!
Юи рассмеялась.
-Пусть это будет для неё приятным сюрпризом.
-Ты страшная женщина, Юи, и ты знаешь об этом – пробормотал сид. Сидка снова рассмеялась и отправила в последний путь последний в мешочке орешек.
***
Всё было именно так, как сказала рыжая лучница. Бродяга прибыла в Город Перьев с одной-единственной целью: поймать лиственную пчелу, чья колония находилась неподалёку от столицы сидов. Она и в город-то направилась исключительно для того, чтобы узнать точное место, кто ж знал, что этот смазливенький сидёныш к ней так прицепится…
И сейчас друидка бежала, высоко запрокинув голову, высматривая в голубизне неба искомых пчёл, радостная, что, наконец, отделалась от доставучих сидов (До чего мерзкий народец!). По сторонам, она, естественно, не смотрела. А зря…
Не успела зооморфка миновать верфь-ориентир, как за её спиной послышался нехороший грудной смех, на краю зрения мелькнула голубая чешуя, и в следующую секунду на друидкин затылок обрушился тяжёлый удар. Бродяга успела инстинктивно наклониться, и удар пришёлся немного вскользь. Друидка упала, в голове у неё будто медный колокол загудел, картинка в глазах помутнела и перестала отражать реальное положение предметов в пространстве, а так же их размеры и форму. Чисто рефлекторно девушка откатилась и, приподнявшись на четвереньках, отпрыгнула в сторону (данная картина постороннему наблюдателю могла бы показаться забавной, но Бродяге сейчас было совсем не до смеха). Свирепая нага развернулась и, рассмеявшись своим жутким смехом, снова бросилась в атаку, растопыривая руки-ласты, будто желая обнять свою жертву. Идея таких «обнимашек» пришлась совсем не по душе зооморфке и она снова отпрыгнула в сторону. Злобная тварь рассмеялась ещё громче и повторила попытку. Девушка опять разорвала дистанцию прыжком, зрение, вроде бы, уже приходило в нормальное состояние. Но тут нага вновь налетела на друидку и та, отпрыгнув назад, очень сильно ударилась спиной о ствол дерева, которого она не заметила! Тело отказалось подчинятся на какое-то время, Бродяга поняла , что это конец. «Как глупо…» - с внезапным безразличием подумала она.
Так бы и остался мой рассказ без одной из героинь, если бы не одно маленькое «но».
Не далее как вчера уже знакомый нам Чен И получил от Наставника, желающего направить неуёмную энергию лучника в мирное русло, задание нарубить дров в лесу. За что тот и взялся со свойственной ему бестолковостью. Вооружившись киркой (да-да, вы не ослышались, киркой), он принялся летать по окрестностям Города Перьев, подрубая данным инструментом все, попадавшиеся ему на пути ветки и ****и. Естественно, не все ему хватило терпения дорубить до конца. И один из таких суков находился прямо на том злополучном дереве, о которое ушиблась Бродяга. Как оказалось, именно этого толчка ему не хватало, чтобы отвалиться окончательно.
Когда друидка пришла в себя, она обнаружила две вещи. Первая: она ещё жива; вторая: перед ней лежит крайне мрачная нага, надёжно придавленная тяжёлым суком ( И как только Чен И собирался переть его в город?). Зооморфка встала и направилась к незадачливой хищнице, не сдерживая злорадной улыбки на лице.
-Ну, что, подруга, доигралась? Ты мне теперь крупно должна. Будешь отрабатывать мой медицинский счёт и причинённый моральный ущерб! – девушка поправила Пояс Дрессировщицы (на профессиональном жаргоне друидок «клетка») и начала набрасывать пленяющие чары на беспомощную тварь.
***
Вот они! Лиственные пчёлы! Снуют над холмами, как и сказала лучница. Вот только… есть одна мааааленькая проблемка… Как же до них добраться-то, а? Бродяга влезла на самый высокий холм – не достать. Смешно попрыгала там, с тем же результатом, конечно. Пошвырялась в насекомых камушками – ни один не долетел. Села, подумала, ничего не придумала и повторила все предыдущие действия. Снова посидела... Друидка уже было собиралась последовать примеру лисицы из басни про виноград, когда она заметила одиноко стоящую у подножия холма жрицу. В голове зооморфки тут же созрел гениальный план.
Бродяга поспешно скатилась с холма к сидке. На лице той отразилось сдержанно вежливое удивление. Выглядела она очень юной, чуть старше самой друидки, но учитывая некую особенность расы сидов, ей с одинаковой вероятностью могло быть как семнадцать, так и сто семнадцать и даже тысяча семнадцать лет.
-Эй, послушай – начала Бродяга – как насчёт оказать мне одну маааленькую услугу в обмен на услугу с моей стороны?
Сидка ничего не ответила, только кивнула головой после недлинной паузы. Зооморфка изложила ей свой нехитрый план, и они поднялись на холм. Жрица подобрала с земли несколько камушков и взлетела к пчёлам, ожидая знака от друидки. Наконец, сигнал был получен и сидка начала кидаться камушками в ближайшую пчелу. Насекомое издало недоуменный скрежет и повернулось к источнику беспокойства. Хрупкая сидка поначалу не показалась ему таким уж грозным противником, но тут один из камушков угодил ему прямо в чувствительный глаз. Пчела рассерженно застрекотала и бросилась на обидчицу. Друидка же внизу поджидала, пока жрица приманит насекомое на нужное расстояние. Каково же было её удивление, когда сидка промчалась мимо неё, на полной скорости удирая от не на шутку рассердившейся пчелы. «Эээ…» - только и смогла произнести зооморфка, когда мимо неё пронеслось насекомое, следующее за жрицей. Сообразив, что вожделенная добыча уходит от неё, Бродяга подпрыгнула и побежала догонять эту парочку. Сбегать со склона холма легче, чем взбираться на него, и у друидки в какой-то момент получилось нагнать пчелу и огреть её жезлом, при этом она потеряла равновесие и кубарем покатилась вниз. Разозлённое насекомое последовало за ней. Сцепившись на пути к подножию холма, они начали награждать друг друга укусами и тумаками. Скатившись, они продолжили зло барахтаться внизу ещё какое-то время, наконец, обессилевшая пчела притихла и торжествующая друидка смогла поймать вольную и невольную виновницу всех её сегодняшних злоключений.
Жрица, заложив красивый вираж, грациозно приземлилась рядом и прочитала над зооморфкой исцеляющую молитву.
-Ну, как я могу тебе помочь? – поинтересовалась у неё заметно повеселевшая зооморфка.
Но жрица только покачала головой.
-??? Что, совсем никак?
Сидка повторила телодвижение.
-Ну, ладно, тогда… значит, в другой раз… Бывай! – удручённо пробормотала друидка и побежала к Городу Перьев. Хватит с неё на сегодня экстрима, домой она будет телепортироваться.
***
На этот раз с проникновением в сидскую столицу не было никаких проблем. Та чокнутая парочка лучников сменилась, и вместо них стояли совсем другие сиды. Голодная Бродяга решила первым делом наведаться на городскую площадь, где открывались забегаловки прямо под открытым небом.
Однако на площади она обнаружила своего закадычного друга оборотня Мо, в окружении восторженной стайки сидочек. Друидка не пожелала разрушать эту идиллию и хотела было незаметно проскользнуть к прилавку с выпечкой, как Мо первым заметил её и радостно замахал лапой, выкрикивая что-то приветственное. С видом ведомого на смертную казнь Бродяга подошла, предчувствуя, что сейчас начнётся. Сидки с затаённым злорадством в глазах следили за её приближением.
-Бро! Сколько лет, сколько зим! – гаркнул Мо, распахивая пушисто полосатые объятия и сгребая в них маленькую друидочку – Всё торчишь в Древнем Ущелье? Что тебя сюда занесло?
-Бро? – хихикнула одна из «цыпочек» - Это, что её имя?
Остальные сидочки тут начали миленько хихикать в свои кулачки.
Бродяга терпеливо снесла пытку дружеской любовью и, стараясь игнорировать дамочек, произнесла непринуждённым тоном:
-Да, давненько не виделись, малыш Мо - (Вот тебе за такую подставу!) – Да, болтаюсь в Ущелье, пришла сюда пчёлку поймать.
- И как, поймала? – Мо был слишком радостно благодушен, чтобы обидеться на детское прозвище и продолжил мучить подругу расспросами.
-Да, поймала.
За спинами друзей шёл шепоток. «Интересно, а это мальчик или девочка?» - «Конечно, девочка, будь это мальчик, она бы была ещё и волосатой!» - «Ооо, не повезлооо» - «Вы только на её волосы посмотрите, такие серые и подстрижены, как обгрызены» - «Хи, хи, хи, хи, хи,..»
-Ладно, пошла я – отстранилась от оборотня Бродяга – Мне пора уже… - и поплелась к Мастеру Телепортов. Ни аппетита, ни настроения у неё не осталось.
***
-Ой, не могууу! Ахахаха! – каталась по земле Лисюэ, Дрессировщица их Города Оборотней – Это самая нелепая история, из всех, что я когда-либо слышала от молодых друидок! Ай–ха–ха-хооо! А взять напрокат летучего ската ты не думала?
-Чтоб совсем загнать больное старое животное? – мрачно буркнула Бродяга – Давай лучше займёмся уже делом!
Лисюэ, всё ещё давясь смехом, встала с земли и начала плести раскрывающие чары над яйцом пчелы. Вскоре яйцо взорвалось фонтанчиком белых искорок, и насекомое оказалось на свободе. У Лисюэ неожиданно случился новый приступ истерики.
-Ну, что ещё?! – раздражённо поинтересовалась Бродяга.
-А… ха-ха… ты… хы-хы… посмо… ах-ха… три… хи-хи-хи… на свою… хо-хо… «пчелу»… ахахахааа!..
Друидка посмотрела. И грязно выругалась. Эта форма усиков и крыльев! Строение лапок и рисунок на брюшке! Это не рабочая пчела, это ТРУТЕНЬ! Ну, да, с чего бы это жрице разбираться в пчёлах?
-Ну, что, опять туда пойдёшь? – поинтересовалась успокоившаяся Лисюэ.
Бродяга вспомнила все свои злоключения и сквозь зубы процедила:
-Нет уж, пусть будет этот, я туда больше ни ногой!
***
Поздним вечером усталая после отвратительнейшего дня друидка наконец-то доползла до своей кроватки. (Ну, я же говорила, что ты вернёшься!)
Sic transit gloria mundi.
Пролог.
Друидка рывком села в постели и бросила взгляд в окно. Непогрешимые биологические часы зооморфа разбудили её ровно в тот час, когда первые лучи солнца уже лизнули восточный краешек неба. Девушка выскочила из тёплой постельки (Как?! Уже уходишь? А как же седьмой сон?) и деятельно заметалась по комнате. На столе были обнаружены две засохшие селёдки (оставшиеся с вечера), тут же наречены завтраком и немедленно употреблены по назначению. Друдка подбежала к тазику с водой, изобразила умывание (Будем считать, что мы поверили), провела когтистой лапкой по волосам, изображая причёсывание (Вот это уже совсем не убедительно), наконец, она, схватив дорожную сумку напихала в неё весь необходимый (и обходимый тоже) инвентарь и выбежала в дверь. Тёплая постелька (остыть не успела) осталась одна (Вот, значит, как… Всё-таки ты ушла… Ничего, ты ещё вернёшься… Всегда возвращаешься. Уж я-то тебя знаю!).
Зооморфка ненадолго задержалась на пороге дома, служившего прибежищем таким как она, молодым друидкам и оборотням, вдыхая свежий утренний воздух. Посёлок ещё спал. Только старая кляча вздрагивала и всхрапывала порой во сне. Быть может, ей снились времена, когда она, а вернее он, был вовсе не старой клячей, а гордым скакуном, боевым конём одного из прославленных полководцев не столь далёкого, но уже безнадежно забытого прошлого. О, этот бег наперегонки с ветром и жаркие битвы! А цветы осыпающие его с хозяином в дни побед? И сам хозяин, молодой, статный воин, любимец дам (и сам их большой любитель), таким не грех прихвастнуть перед другими жеребцами… Где те ноги, что состязались с ветром? Где те битвы и славные победы? Где тот храбрый полководец? Всё ушло, увы… Ноги ныне соревнуются с лягушками в предсказании погоды, битвы отгремели, смолкла музыка на пиру победителей… Да и кости полководца давно уже моют дожди где-то под Горами Сломанного Лука…
Дуридке, конечно, не было никакого дела до ностальгических сновидений старой лошади. Её саму сегодня ждали великие дела, вот прямо сегодня, и поэтому она направилась к реке. Там она приняла форму лисы (надо сказать, что поскольку наша друидка принадлежала к «кошачьей» морфе, её лисья звероформа несколько отличалась от «классической»: шкура была серой и с полосками, уши были немного другой формы, да и мордочка коротковата) и, плюхнувшись в воду, поплыла в направлении Города Перьев. Вообще-то в столицу сидов можно было банально телепортироваться, но наша героиня, прижимистая от природы, не пожелала тратить тысячу юаней на это, когда можно добраться вплавь всего за неполные два часа.
Так она и плыла, изредка от скуки попугивая сонных черепах. Наконец, показались строения Города Перьев. Друидка-кошка вытащила свою мокрую тушку из воды в стороне от главной дороги: прежде всего надо привести себя в порядок. Ну, хотя бы попытаться. Зооморфка приняла гуманноидную форму и с удовлетворением оглядела абсолютно сухонькую и чистенькую кожаную броню (Между прочим, новенькую и самодельную, чем девушка невероятно гордилась). Ах, магия, отличная ты штука, скажу я тебе!
***
Тем временем на посту у главного въезда стоял один молодой, но очень недовольный лучник. Ну, разве можно вообразить занятие более скучное, чем стояние на часах в столице сидов!
-Какжездесьтухлоблинааа… - пропыхтел, не разжимая зубов Чен И, ни к кому особо не обращаясь. Его напарница сделала вид, что ничего не услышала.
Пытаясь хоть как-то развлечь себя Чен И попробовал следить за божьей коровкой, ползущей по травинке у обочины дороги, но она улетела. Тогда он начал считать муравьёв, но сбился на третьем (с арифметикой у него было ещё хуже, чем с усидчивостью). Начал баловаться с тетивой лука, слушая звук «пеу-пеу», но получил по рукам от напарницы.
Наконец, он ПРИДУМАЛ…
-Юи!!! – заорал во всё горло лучник, не обращая внимания на страшные глаза, сделанные его напарницей. Пост его заклятой подруги на все времена находился на периметре, скрытый от Чена углом дома, и так орать было совсем необязательно. Но, по мнению юного сида, очень желательно.
-Чего тебе, Желторотик? – отозвался бодрый голос из-за дома.
-Сама ты Гнусавая! – не остался в долгу стрелок. И действительно, в детстве, когда Юи училась летать, одно её приземление было не очень удачным. Жрецам удалось придать её дыхательному органу его более-менее первозданный вид, но с тех пор голос сидки всегда звучал немножко в нос, за что она и получила сие нелестное прозвище. Впрочем, её это едва ли волновало.
-Может я и Гнусавая – радостно согласился угол дома – зато у меня есть орешки! – раздалось нарочито громкое хрумканье –Много! Много орешков! На всё дежурство *хрум-хрум* ффатит *хрум* И пока я ем *хрум-хрум-хрум* оффеффки *хрум* мфе не фуфет ффуфно! (Данная фраза в переводе с языка орехогрызов означает: «И пока я ем орешки мне не будет скучно!») Да, Юи всегда знала, как поддразнить друга.
Чен И уже почти придумал остроумный ответ на этот сокрушительный довод противницы, когда на дороге появилась уже знакомая нам друидка.
Чен начал панически искать глазами напарницу, но она куда-то пропала (пошла за затычками для ушей и шорами для глаз и… исчезла со страниц этой повести). Лучник снова бросил взгляд на приближающуюся зооморфку. Теперь она казалась ему крайне подозрительной и опасной личностью. Как ещё объяснить внезапную пропажу напарницы? (Юный сид был не очень склонен к рефлексии, и ему в страшном сне не могла присниться истинная причина побега лучницы.) Появление «лисицы» и исчезновение сидки должны быть связаны!
-Стой! Кто идёт? – дорогу молодой друидки заступил лучник-сид. Девушка не без любопытства взглянула на стражника. В Городе Оборотней она видела мельком и издалека сновавших по делам сидов, но сейчас она впервые видела крылатое «дитя богов» вблизи. Тонкие, будто нарисованные стремительным росчерком пера черты лица, растрёпанные русые с рыжиной волосы, такие же встрёпанные головные крылья, тёмно-карие глаза, гибкое, стройное тело с правильными пропорциями… А что, хорош, но на вкус зооморфки уж очень похож на девочку. Ему бы лисьи уши нацепить и будет точно друидка.
-Я спрашиваю, кто ты и по какому делу! – гаркнул сидик, пытаясь казаться внушительным.
Тааак, продолжаем осмотр… Дорогая броня из кожи высшего качества, амулетики-феньки тоже на уровне, отменный лук, совсем новый… Ага, сынок богатеньких и влиятельных родителей. Наверняка ещё и аристократ к тому же. Да уж, сиды – единственная нация, в которой знати чуть ли не больше, чем простолюдинов. В Городе Перьев так вообще: куда ни плюнь – в аристократа попадёшь.
-Ты меня слушаешь?! Я спросил, кто ты и зачем пришла в Город Перьев!!! – вскипал Чен И.
Друидка отвлеклась от своих раздумий, сообразив, что стражник что-то упорно выспрашивает у неё уже довольно долгое время.
-В чём дело, Чен? Орёшь, как в тот раз, когда я дала тебе в руки палку и сказала, что если ты ударишь пчелиный улей, оттуда вылезет добрый дух, который подарит тебе невероятную скорость - из-за угла, похрустывая орешками показалась Юи.
-Мне было шесть лет! И ты меня обманула!
-Обманула? – усмехнулась лучница - Где же? Ты нёсся от тех пчёл с просто невероятной прытью.
Друидка навострила треугольные ушки. Пчёлы? Интересно, интересно… Какова вероятность того, что речь идёт именно о тех пчёлах, из-за которых она и пришла сюда?
Однако, размышляя, зооморфка не упускала возможности изучить сидку. По правде говоря, Юи была далеко не красавицей в понимании сидов. Очень высокая для женщины-сида, немного угловатая фигура, рыжие-рыжие, до красноты волосы длиной до плеч, кое-где заплетённые в небрежные косички, обильно и нарочито разукрашенные алыми тенями бледно-голубые глаза, подведённые такой же алой помадой вечно усмехающиеся губы, несколько ассиметричные черты лица. Впрочем, и человек, и зооморф, и амфибия, и древний нашёл бы Юи симпатичной, а ассиметрию лица счёл бы чертой, придающей девушке особый шарм.
Что до её снаряжения… Да, ещё одна «золотая» девочка.
-Ну, так и будем стоять, глазами друг друга пожирать? – наконец, прервала затянувшуюся паузу лучница. Она, в свою очередь, тоже успела присмотреться к нарушительнице спокойствия и даже сделала кое-какие выводы.
-Назови своё имя и дело! – тут же встрял Чен И, всячески пытаясь напомнить окружающим, что это ЕГО пост. Разумеется, безрезультатно.
-Что за дела?! Почему это я должна отчитываться перед двумя детишками с луками?! – прошипела зооморфка. В конце концов, она планировала закончить со своим делом до обеда!
-Сейчас военное время, киска, - невозмутимо промурлыкала Юи – Мы обязаны останавливать всех подозрительных личностей, направляющихся в город.
Друидка фыркнула.
-Так, значит, я подозрительна?
-Так, значит, да – сидка тонко улыбнулась своим алым ртом.
-Ваше. Грязное. Куриное. Гнездо. Меня. Нисколько. Не. Интересует – чеканя слова, шипела зооморфка - Всё. Что. Мне. Нужно. Это. Лиственные. ПЧЁЛЫ!!!
Воцарилось молчание… К этому моменту, кстати, вокруг собралась немаленькая толпа зевак и теперь они, затаив дыхание, следили за происходящим.
У Чена И задёргался левый глаз. Обозвать Город Перьев (ГОРОД ПЕРЬЕВ!!!) «грязным куриным гнездом» (вообще-то все представители других рас между собой называли столицу сидов не иначе как «гнездом», но никто бы не посмел так сказать при сиде), да ещё глядя в глаза двум стражам! Юи даже позабыла об орехах. Однако именно она первая справилась с собой.
-Там – показала рукой в сторону сидка – верфь, дойдёшь до неё, повернёшь направо к холмам, над теми холмами и летают эти твои пчёлы - и снова вернулась к своей хрустящей закуске.
-Премного благодарна – буркнула друидка и, развернувшись, поспешила в указанном направлении.
-Стой!
-Ну, что ещё?!
-Просто для отчёта, твоё имя?
Зооморфка помедлила немного, наконец, бросила:
-Бродяга.
-Бродяга?
-А что, какие-то проблемы?
-Никаких. Свободна.
Когда друидка скрылась за холмом, Чен И запоздало выпалил:
-Какой, к Бездушным, отчёт?! Какие, во имя демонов, пчёлы?!! Что здесь происходит?!!
-Элементарно, мой невнимательный и недальновидный друг – хладнокровно отозвалась Юи – Судя по облику этой кошечки, ей как раз пора обзаводиться собственной пчелой. Видишь ли, друг мой, не эрудированный, друидки считают наших пчёлок, да-да, тех самых пчёлок, из-за которых ты две недели имел облик перезрелого помидорчика, весьма подходящими для роли летучего трындеца для всех, кто им пришёлся не по нраву. Поэтому каждый год примерно в это время сюда стекаются лисицы, достигшие необходимого уровня тренировки, чтобы приручить себе парочку членистоногих друзей. Для них это отчасти ещё и вопрос престижа, знаешь ли. Ну, а про отчёт я приплела, чтобы узнать имя.
-Пчёлы… Ладно. Хорошо. Просто замечательно – проговорил лучник - Я, конечно, может быть, ошибаюсь, я могу быть не прав… но не кажется ли тебе, хоть слегка, что её следовало бы немного… самую малость предупредить о НАШЕСТВИИ НАГ И ВОДЯНЫХ ДУХОВ У ВЕРФИ?!!
Юи рассмеялась.
-Пусть это будет для неё приятным сюрпризом.
-Ты страшная женщина, Юи, и ты знаешь об этом – пробормотал сид. Сидка снова рассмеялась и отправила в последний путь последний в мешочке орешек.
***
Всё было именно так, как сказала рыжая лучница. Бродяга прибыла в Город Перьев с одной-единственной целью: поймать лиственную пчелу, чья колония находилась неподалёку от столицы сидов. Она и в город-то направилась исключительно для того, чтобы узнать точное место, кто ж знал, что этот смазливенький сидёныш к ней так прицепится…
И сейчас друидка бежала, высоко запрокинув голову, высматривая в голубизне неба искомых пчёл, радостная, что, наконец, отделалась от доставучих сидов (До чего мерзкий народец!). По сторонам, она, естественно, не смотрела. А зря…
Не успела зооморфка миновать верфь-ориентир, как за её спиной послышался нехороший грудной смех, на краю зрения мелькнула голубая чешуя, и в следующую секунду на друидкин затылок обрушился тяжёлый удар. Бродяга успела инстинктивно наклониться, и удар пришёлся немного вскользь. Друидка упала, в голове у неё будто медный колокол загудел, картинка в глазах помутнела и перестала отражать реальное положение предметов в пространстве, а так же их размеры и форму. Чисто рефлекторно девушка откатилась и, приподнявшись на четвереньках, отпрыгнула в сторону (данная картина постороннему наблюдателю могла бы показаться забавной, но Бродяге сейчас было совсем не до смеха). Свирепая нага развернулась и, рассмеявшись своим жутким смехом, снова бросилась в атаку, растопыривая руки-ласты, будто желая обнять свою жертву. Идея таких «обнимашек» пришлась совсем не по душе зооморфке и она снова отпрыгнула в сторону. Злобная тварь рассмеялась ещё громче и повторила попытку. Девушка опять разорвала дистанцию прыжком, зрение, вроде бы, уже приходило в нормальное состояние. Но тут нага вновь налетела на друидку и та, отпрыгнув назад, очень сильно ударилась спиной о ствол дерева, которого она не заметила! Тело отказалось подчинятся на какое-то время, Бродяга поняла , что это конец. «Как глупо…» - с внезапным безразличием подумала она.
Так бы и остался мой рассказ без одной из героинь, если бы не одно маленькое «но».
Не далее как вчера уже знакомый нам Чен И получил от Наставника, желающего направить неуёмную энергию лучника в мирное русло, задание нарубить дров в лесу. За что тот и взялся со свойственной ему бестолковостью. Вооружившись киркой (да-да, вы не ослышались, киркой), он принялся летать по окрестностям Города Перьев, подрубая данным инструментом все, попадавшиеся ему на пути ветки и ****и. Естественно, не все ему хватило терпения дорубить до конца. И один из таких суков находился прямо на том злополучном дереве, о которое ушиблась Бродяга. Как оказалось, именно этого толчка ему не хватало, чтобы отвалиться окончательно.
Когда друидка пришла в себя, она обнаружила две вещи. Первая: она ещё жива; вторая: перед ней лежит крайне мрачная нага, надёжно придавленная тяжёлым суком ( И как только Чен И собирался переть его в город?). Зооморфка встала и направилась к незадачливой хищнице, не сдерживая злорадной улыбки на лице.
-Ну, что, подруга, доигралась? Ты мне теперь крупно должна. Будешь отрабатывать мой медицинский счёт и причинённый моральный ущерб! – девушка поправила Пояс Дрессировщицы (на профессиональном жаргоне друидок «клетка») и начала набрасывать пленяющие чары на беспомощную тварь.
***
Вот они! Лиственные пчёлы! Снуют над холмами, как и сказала лучница. Вот только… есть одна мааааленькая проблемка… Как же до них добраться-то, а? Бродяга влезла на самый высокий холм – не достать. Смешно попрыгала там, с тем же результатом, конечно. Пошвырялась в насекомых камушками – ни один не долетел. Села, подумала, ничего не придумала и повторила все предыдущие действия. Снова посидела... Друидка уже было собиралась последовать примеру лисицы из басни про виноград, когда она заметила одиноко стоящую у подножия холма жрицу. В голове зооморфки тут же созрел гениальный план.
Бродяга поспешно скатилась с холма к сидке. На лице той отразилось сдержанно вежливое удивление. Выглядела она очень юной, чуть старше самой друидки, но учитывая некую особенность расы сидов, ей с одинаковой вероятностью могло быть как семнадцать, так и сто семнадцать и даже тысяча семнадцать лет.
-Эй, послушай – начала Бродяга – как насчёт оказать мне одну маааленькую услугу в обмен на услугу с моей стороны?
Сидка ничего не ответила, только кивнула головой после недлинной паузы. Зооморфка изложила ей свой нехитрый план, и они поднялись на холм. Жрица подобрала с земли несколько камушков и взлетела к пчёлам, ожидая знака от друидки. Наконец, сигнал был получен и сидка начала кидаться камушками в ближайшую пчелу. Насекомое издало недоуменный скрежет и повернулось к источнику беспокойства. Хрупкая сидка поначалу не показалась ему таким уж грозным противником, но тут один из камушков угодил ему прямо в чувствительный глаз. Пчела рассерженно застрекотала и бросилась на обидчицу. Друидка же внизу поджидала, пока жрица приманит насекомое на нужное расстояние. Каково же было её удивление, когда сидка промчалась мимо неё, на полной скорости удирая от не на шутку рассердившейся пчелы. «Эээ…» - только и смогла произнести зооморфка, когда мимо неё пронеслось насекомое, следующее за жрицей. Сообразив, что вожделенная добыча уходит от неё, Бродяга подпрыгнула и побежала догонять эту парочку. Сбегать со склона холма легче, чем взбираться на него, и у друидки в какой-то момент получилось нагнать пчелу и огреть её жезлом, при этом она потеряла равновесие и кубарем покатилась вниз. Разозлённое насекомое последовало за ней. Сцепившись на пути к подножию холма, они начали награждать друг друга укусами и тумаками. Скатившись, они продолжили зло барахтаться внизу ещё какое-то время, наконец, обессилевшая пчела притихла и торжествующая друидка смогла поймать вольную и невольную виновницу всех её сегодняшних злоключений.
Жрица, заложив красивый вираж, грациозно приземлилась рядом и прочитала над зооморфкой исцеляющую молитву.
-Ну, как я могу тебе помочь? – поинтересовалась у неё заметно повеселевшая зооморфка.
Но жрица только покачала головой.
-??? Что, совсем никак?
Сидка повторила телодвижение.
-Ну, ладно, тогда… значит, в другой раз… Бывай! – удручённо пробормотала друидка и побежала к Городу Перьев. Хватит с неё на сегодня экстрима, домой она будет телепортироваться.
***
На этот раз с проникновением в сидскую столицу не было никаких проблем. Та чокнутая парочка лучников сменилась, и вместо них стояли совсем другие сиды. Голодная Бродяга решила первым делом наведаться на городскую площадь, где открывались забегаловки прямо под открытым небом.
Однако на площади она обнаружила своего закадычного друга оборотня Мо, в окружении восторженной стайки сидочек. Друидка не пожелала разрушать эту идиллию и хотела было незаметно проскользнуть к прилавку с выпечкой, как Мо первым заметил её и радостно замахал лапой, выкрикивая что-то приветственное. С видом ведомого на смертную казнь Бродяга подошла, предчувствуя, что сейчас начнётся. Сидки с затаённым злорадством в глазах следили за её приближением.
-Бро! Сколько лет, сколько зим! – гаркнул Мо, распахивая пушисто полосатые объятия и сгребая в них маленькую друидочку – Всё торчишь в Древнем Ущелье? Что тебя сюда занесло?
-Бро? – хихикнула одна из «цыпочек» - Это, что её имя?
Остальные сидочки тут начали миленько хихикать в свои кулачки.
Бродяга терпеливо снесла пытку дружеской любовью и, стараясь игнорировать дамочек, произнесла непринуждённым тоном:
-Да, давненько не виделись, малыш Мо - (Вот тебе за такую подставу!) – Да, болтаюсь в Ущелье, пришла сюда пчёлку поймать.
- И как, поймала? – Мо был слишком радостно благодушен, чтобы обидеться на детское прозвище и продолжил мучить подругу расспросами.
-Да, поймала.
За спинами друзей шёл шепоток. «Интересно, а это мальчик или девочка?» - «Конечно, девочка, будь это мальчик, она бы была ещё и волосатой!» - «Ооо, не повезлооо» - «Вы только на её волосы посмотрите, такие серые и подстрижены, как обгрызены» - «Хи, хи, хи, хи, хи,..»
-Ладно, пошла я – отстранилась от оборотня Бродяга – Мне пора уже… - и поплелась к Мастеру Телепортов. Ни аппетита, ни настроения у неё не осталось.
***
-Ой, не могууу! Ахахаха! – каталась по земле Лисюэ, Дрессировщица их Города Оборотней – Это самая нелепая история, из всех, что я когда-либо слышала от молодых друидок! Ай–ха–ха-хооо! А взять напрокат летучего ската ты не думала?
-Чтоб совсем загнать больное старое животное? – мрачно буркнула Бродяга – Давай лучше займёмся уже делом!
Лисюэ, всё ещё давясь смехом, встала с земли и начала плести раскрывающие чары над яйцом пчелы. Вскоре яйцо взорвалось фонтанчиком белых искорок, и насекомое оказалось на свободе. У Лисюэ неожиданно случился новый приступ истерики.
-Ну, что ещё?! – раздражённо поинтересовалась Бродяга.
-А… ха-ха… ты… хы-хы… посмо… ах-ха… три… хи-хи-хи… на свою… хо-хо… «пчелу»… ахахахааа!..
Друидка посмотрела. И грязно выругалась. Эта форма усиков и крыльев! Строение лапок и рисунок на брюшке! Это не рабочая пчела, это ТРУТЕНЬ! Ну, да, с чего бы это жрице разбираться в пчёлах?
-Ну, что, опять туда пойдёшь? – поинтересовалась успокоившаяся Лисюэ.
Бродяга вспомнила все свои злоключения и сквозь зубы процедила:
-Нет уж, пусть будет этот, я туда больше ни ногой!
***
Поздним вечером усталая после отвратительнейшего дня друидка наконец-то доползла до своей кроватки. (Ну, я же говорила, что ты вернёшься!)