Biasha
10.08.2009, 14:22
***Предел***
Для большинства жителей Идеального Мира это был самый обычный день. Кто-то убивал ужасных монстров в Болотной Топи, кто-то мирно торговал на улицах Города Драконов, кто-то проходил опаснейший подземный лабиринт, прозванный в народе Кубом Судьбы.
Все это было привычным занятием для живущих здесь людей. Но для одного оборотня, наступил важный момент. Постоянно совершенствуя навыки убийцы, он постепенно подошел к новому этапу своего развития. Однако чтобы стать еще сильнее, подняться в глазах окружающих, заработать себе статус и уважение, зооморф должен был пройти последнее испытание, отправиться в руины Инеевого предела и сокрушить нечисть, обитавшую там.
Выполнять такое сложное задание в одиночку было сродни самоубийству, потому Геракл обратился к своим соратникам с просьбой о помощи. Несмотря на то, что их клан был создан относительно не давно и не был столь силен, ранее товарищи уже много раз выручали оборотня. Но на этот раз все высшие офицерские чины были в военном походе на грозных монстров, поселившихся в древнем подземном городе, неподалеку от Парящего Города. Гераклу был отдан приказ – дождаться возвращения отряда, после чего ему обещали помочь. Однако горячая кровь зооморфа не позволяла ему сидеть сложа руки, он решил найти себе помощников и проводников среди незнакомых ему людей. Для этого он просто крикнул свой призыв о помощи, да так, что его услышали даже в самых отдаленных уголках Идеального Мира.
Долго ждать ответа не пришлось, почти моментально к нему подлетел Сид и предложил помощь его клана. Это было не удивительно, ибо такая тренировка с юным оборотнем давала приличное количество опыта для всех членов группы. Более того, было одно негласное правило, в качестве благодарности за полученные в бою знания, все отобранное у кровожадных монстров, отдавалось тому, кто являлся организатором похода.
Как выяснилось позже, прилетевшего Сида звали Амуром. Судя по всему, имя оказало не малое влияние на дальнейшую судьбу этого лучника.
Он был хорош собой, пряди белых волос спадали на его крепкие плечи, белые ухоженные крылья слегка торчали из висков, все это довершала, аккуратная, статная фигура. Это великолепие дополнял массивный лук, от которого исходило яркое зеленое свечение.
У Геракла сложилось впечатление, что Амур был создан для безжалостного боя и для романтического охмурения ангельских сидок , миленьких друидок и сексуальных представительниц людей.
Клан, в котором состоял жрец, был, судя по всему, из новых, однако, лучник уверил зооморфа, что не стоит опасаться - его соратники сильные и опытные воины, на чьем счету сотни опасных походов в самые опасные уголки Идеальной вселенной.
Сказано это было так убедительно, что у Геракла не осталось ни доли сомнения, в том, что эти люди будут наилучшими проводниками в стенах грозного Инеевого предела.
Так они начали готовиться к отправке в очередное приключение. Пока Геракл носился по Городу Оборотней, закупая себе в дорогу целебные зелья и ремонтируя потрепанную броню, к ним прибыло подкрепление.
Первым к отряду присоединился синеволосый маг. Вел он себя довольно избалованно, что, в прочем, нисколько не удивило Геракла. Богатая одежда Диониса (Именно так он представился) явно выдавала отпрыска голубых кровей. Обычно, такого рода одеяния носили люди, принадлежавшие к императорскому сословию. Несмотря на свой довольно юный возраст, на лице мага красовались ярко синие усы и длинная спадающая вниз бородка. В прочем, они как нельзя лучше дополняли образ Диониса. От него исходил тонкий аромат дорогого сливового вина, возможно даже из запасов самого императора. Судя по всему, в алкоголе он знал толк как никто другой.
Почти сразу после мага прибыла друидка. Она находилась явно в не добром расположении духа, ее мантия была испещрена порезами, судя по всему, она лишь недавно побывала в суровом бою. Несмотря на все это, увидев Амура, она встала по стойке смирно, доложила о своем прибытии и готовности отправится в новый поход.
После чего спросила разрешения пойти привести себя и свое обмундирование в порядок. Лучник отпустил ее, взяв с нее обещание не влезать в переделки. Она покорно кивнула головой и удалилась. Как позже удалось выяснить, звали эту немного странную даму, с чертовскими крылышками над головой и остроконечным хвостом, Ламией.
Лишь спустя продолжительное время к группе присоединились два последних участника, могучий оборотень и утонченная жрица. Первого звали Кроносом. В форме зверя он выглядел точно так же как Геракл, однако отличия всплыли сразу после того, как зооморф принял человекоподобный образ. На его теле висела по-настоящему тяжелая броня, она закрывала все тело толстым слоем стали особой закалки, имеющей абсолютно черный, матовый цвет. Картину дополняли два топора: огромные боевые лезвия которых сияли ярко желтым цветом. Несмотря на столь угрожающий вид, Кронос смиренно встал перед Амуром, слегка наклонился и сухо буркнул – «Я здесь, я готов».
Лучник учтиво поблагодарил Кроноса за прибытие, однако его внимание уже привлекла жрица. Заметив взгляд главы отряда (теперь уже не было сомнений, кто поведет группу в бой), сидка незамедлительно подошла и поздоровалась. Ее звали Ирида. Из разговора стало понятно, что она была новенькой в клане проводников и явно очень беспокоилась о грядущем мероприятии. Геракл даже засомневался, стоит ли эту миловидную особу, с точеной талией, не большой, но столь манящей грудью, прикрытой лишь тонким слоем мантии, тащить за собой в столь опасное путешествие.
Однако тут уже решал не он, все кроме Диониса безоговорочно выполняли приказы Амура, судя по всему, лучник пользовался безоговорочным авторитетом, более того, порой складывалось ощущение, что его немного боялись. Причина, по которой маг вел себя столь раскованно и непринужденно в присутствии лидера отряда, так и не раскрылась Гераклу, потому он просто списал все на знатное происхождение синеволосого человека.
Закончив все приготовления, отряд собрался неподалеку от старейшины Города Оборотней. Окинув всю группу взглядом, Геракл понял, с такими соратниками не то что Инеевый предел не страшен, с ними и Врата Бездушных Духов можно осилить. Однако на рассуждения времени не было, и вот воины направляются в сторону уже не кажущегося столь опасным лабиринта.
Почти всю дорогу Геракл не сводил глаз с Ламии. За время, отведенное на подготовку к походу, друидка успела привести себя в порядок, подлатать и отмыть свою мантию, которая сейчас по изысканности лишь немногим уступало накидке жрицы. А спрятанные под этим одеянием шикарные формы уводили юного оборотня в мир запретных желаний и фантазий, что, в общем-то, не удивительно, мало какой здоровый зооморф в рассвете лет отказался бы провести ночку со столь обворожительной особой. А ведь еще были дьявольские крылышки над головой, немного смугловатая кожа, аппетитная попка из которой торчал симпатичный хвостик. Одним словом Геракл успел разглядеть все, что не удалось оценить с первого взгляда.
Спустя некоторое время, весь отряд уже стоял перед входом в руины Инеевого предела. До входа в зловещий лабиринт оставались считанные минуты. Кронос аккуратно проверял свою походную сумку, Дионис с недовольным видом, морщась, пил дешевое вино из трактира Города Оборотней.
Бюджетное пойло простых воинов и трудяг явно не особо пришлось по вкусу столь знатной особе. Однако выбирать в данной ситуации не приходилось, либо то, что есть, либо ничего, на второй вариант маг явно был не согласен. Геракл стоял и наблюдал за последними приготовлениями, стараясь ни чем не помешать своим проводникам. Неожиданно к нему подошла Ламия. Сложно передать удивление юного оборотня, когда она попросила подержать ее на руках. Конечно, зооморф знал, что приятные ощущения, которые получает любая девушка, находящаяся на руках у сильного мужчины, помогают в бою с монстрами. Ведь в Идеальном мире существовало две движущих силы – любовь и война. Но, даже не смотря на это, такого поворота событий он не ожидал, впрочем, молодой воин был совсем не против сделать то, о чем его просили.
Та пара минут, что сексуальная друидка провела на руках у оборотня, показалась ему раем. Она нежно прижалась к мохнатому торсу зооморфа. Геракл чувствовал, как две упругих груди Ламии прикасаются к его телу, более того, казалось, что ее соски немного возбуждены.
К сожалению, все хорошее кончается. Громкий голос Амура командным тоном сообщил, что пора отправляться в руины. Геракл быстро вернулся из очередной волны нагрянувших фантазий, и, собрав всю волю в кулак, поцеловал друидку в губы, после чего аккуратно поставил ее на землю и стал немного неуклюже поправлять броню, пытаясь сделать как можно более серьезный вид. Ламия кокетливо подмигнула зооморфу и, повиливая той частью тела, откуда у нее рос хвост, скрылась за входом в Инеевый Предел. Следом за ней отправились оставшиеся члены группы.
Очутившись внутри лабиринта Дионис наконец положил бутылку с алкоголем в свою походную сумку, после чего из ножен был аккуратно извлечен меч. Теперь сомнений по поводу происхождения мага не возникало, в его руках заблестел и засветился поразительной красоты меч, выкованный лучшими императорскими мастерами. Среди простого народа, об этом оружии складывали легенды, говорили что маг, который сможет подчинить себе дух иллюзий, заключенный внутри меча, сможет наносить удары невиданной силы.
Пока Геракл разглядывал сие произведение кузнечного искусства, могучий Кронос превратился в белого тигра, а Ирида нанесла защитные заклинания, которые должны были оберегать и помогать путникам в борьбе с монстрами. Все были готовы принять бой.
Первым на стоящих неподалеку тварей, прозванных за отсутствие чувств и мышления, Бездушными, кинулся Кронос. Это и не удивительно, его броня была значительно толще, чем у всех остальных, да и здоровья оборотень имел намного больше, чем кто-либо в отряде.
Подбежав к врагу зооморф начал наносить яростные удары лапой по противнику, периодически со всей силы впиваясь в тело существа своими острыми как бритвы зубами. Ему на подмогу сразу подоспели товарищи. Амур натянул стрелу и со свистом пустил ее в сторону монстра. Дольше всех готовился к началу атаки маг. Сперва он извлек небольшую бумажку из кармана, после чего поднес ее к груди. Полупьяная ухмылка тут же исчезла с его лица, сменившись гримасой крайней сосредоточенности. Уже спустя несколько мгновений он с силой швырнул покрасневшую и заполненную магической энергией бумагу во врага, раздался хлопок, и все тело бездушного объяло пламя, нанеся тем самым огромные ранения неприятелю.
Жрица с друидкой тоже не оставались без дела. Первая, увидев малейшие ранения на телах своих сокланов, тут же начинала читать целительные заклинания, вливающие божественную энергию в тело союзника, от чего у того мгновенно затягивались даже самые серьезные порезы.
Ламия, в свою очередь, не торопилась вступать в бой. Обычно, в таких ситуациях друиды призывают в помощники своих питомцев, но зооморфша явно не собиралась этого делать, она ограничилась лишь призывом стаи пчел, которые целым роем налетали на врага, кусая своими жалами. В прочем, этого хватало чтобы нанести приличные повреждения неприятелю.
Гераклу тоже хотелось помочь его проводникам, но Амур приказал юнцу не вмешиваться в бой. В общем то молодой оборотень и сам понимал, что толку от него будет не много, зато угроза его жизни была довольно весомой. Поэтому он вынужден был стоять в сторонке и наблюдать за происходящим. Естественно, зооморф всегда держался рядом с Ламией, мысленно лелея надежду защитить так понравившуюся ему друидку от нападения монстра, однако отряд действовал почти безупречно, и ни у одного бездушного не было ни малейшей возможности приблизиться к объекту обожания Геракла.
Все, что оставалось оборотню - медленно погружаться в свои эротические фантазии, изредка мечтая не только о самом процессе заведения потомства, но и о счастливой семейной жизни с возлюбленной, в окружении маленьких зооморфенков.
Так, шаг за шагом, их небольшая, но сильная группа двигалась по направлению к зловещему дракону, именно он должен был последним пасть в бою путешественников.
Отработанная система, по которой впереди всех шел Кронос, а остальные всячески содействовали ему, не давала ни единого сбоя. От рук отряда уже успело погибнуть два огромных, толстокожих монстра, первый главарь бездушных был тигром, второй огромным человекоподобным львом.
Геракл шел позади всех, он уже почти не замечал ничего вокруг, в голове его мелькало лишь две мысли: первая, как несложно догадаться, была связана с Ламией, вторая – про несметные сокровища, которые его проводники отдадут ему в конце путешествия. Богатств у монстров было отобрано действительно много. Среди них были и красивые фиолетовые бронированные вещи, и даже одна крайне ценная форма по изготовлению кольца. Многие кузнецы Идеального мира готовы были опустошить свои карманы, дабы заполучить это сокровище. А ведь было еще не известно, какие сокровища охраняет последний, самый грозный монстр.
И вот, за очередным поворотом, казалось бы нескончаемого лабиринта, они увидели его. Огромный дракон, чем-то похожий на носорога, скромно расположился вдоль одной из стен комнаты. С первого взгляда он не выглядел таким опасным, как гласили легенды. Однако любой опытный воин знал – не стоит судить о враге по первому впечатлению.
Отряд начал готовится к последнему сражению. Не спешно были нанесены защитные заклинания, употреблены необходимые зелья и пилюли. И вот, спустя мгновение, Кронос уже мчался на встречу зловещему боссу бездушных. Еще через несколько секунд первые сокрушительные удары полетели в тело противника. Соратники, тоже не мешкали, рой пчел и стрелы полетели в тело врага. Молитва жреца исцеляла все ранения на телах участников группы.
Геракл хотел было зажмурится, чтобы не видеть, как чудовищный монстр покрошит проводников в фарш, но лихие удары участников группы дали понять – отбивной тут станут отнюдь не они. Юный зооморф был откровенно удивлен, как можно столь просто превращать грозного противника, о котором гласили легенды, в беспомощного котенка.
Удар, еще удар, магический ожог, стрела. И вот дракон беспомощно валяется на полу лабиринта, выронив все свои богатства, которые он тщетно пытался защитить от рук путешественников. Среди груд дешевого хлама, заблестела золотая форма магических штанов. Счастью Геракла не было предела, теперь то, продав богатства, он мог зажить на широкую ногу, прикупить себе доспех по последней моде, да еще и сыграть свадьбу со своей ненаглядной.
Спустя секунду руки молодого оборотня начали жадно загр***** добычу. Как вдруг, удар в спину откинул зооморфа к стене, все богатства, отбитые у монстра, снова посыпались на каменный пол Инеевого Предела. Геракл, с непонимающим взглядом смотрел на обидчика. Первая мысль, пришедшая в голову юнца – что над ним пошутили, ведь учитывая силу Кроноса, это был скорее шлепок, или даже дружеское похлопывание по спине. Однако додумать причины случившегося он не успел, раскаленная до красна бумага, заряженная энергией огня, впилась в тело Геракла, после чего мех, покрывающий все конечности зооморфов, стремительно начал сгорать. От неожиданной боли и жара, зооморфу захотелось свернуться в клубочек и забиться в угол. Все тело лихорадочно дрожало, мозг отказывался понять происходящее. Не понимая, что происходит, Геракл бросился бежать, однако далеко ему уйти не удалось. Спустя несколько мгновений из земли, прямо там, где находился юнец, вырвался ледяной гейзер. Тело оборотня больше не слушало, жар, сменившийся на неимоверный холод, мгновенно заставил кожу испещряться глубокими трещинами, глаза ослепли, сил передвигаться не было, даже мучения грешников в аду, наверно показались бы сейчас Гераклу лишь укусами комаров. Еще через несколько секунд, голову зооморфа пронзила стрела, ловко и точно выпущенная Амуром. Жизненные силы покидали оборотня, последним, что он услышал, были слова Ламии – «Наконец-то он сдох, мохнатое чучело. А ведь он еще и умудрился поцеловать меня перед входом, тьфу…».
Очнулся Геракл уже на земле в Городе Оборотней, видимо, богам Идеального Мира было угодно оставить его в живых. Доспех после такого боя уже не куда не годился, кроме как в мусорку, никаких денег или богатств при нем не было, тело все еще ныло, а про Ламию, кроме как матом, оборотень и не вспоминал. Так он и попрел в неизвестном направлении, молясь, чтобы о его позоре не узнали товарищи из клана.
Большое спасибо Rybina и Arcwade, во время написания рассказа я вдохновлялся их творчеством.
Для большинства жителей Идеального Мира это был самый обычный день. Кто-то убивал ужасных монстров в Болотной Топи, кто-то мирно торговал на улицах Города Драконов, кто-то проходил опаснейший подземный лабиринт, прозванный в народе Кубом Судьбы.
Все это было привычным занятием для живущих здесь людей. Но для одного оборотня, наступил важный момент. Постоянно совершенствуя навыки убийцы, он постепенно подошел к новому этапу своего развития. Однако чтобы стать еще сильнее, подняться в глазах окружающих, заработать себе статус и уважение, зооморф должен был пройти последнее испытание, отправиться в руины Инеевого предела и сокрушить нечисть, обитавшую там.
Выполнять такое сложное задание в одиночку было сродни самоубийству, потому Геракл обратился к своим соратникам с просьбой о помощи. Несмотря на то, что их клан был создан относительно не давно и не был столь силен, ранее товарищи уже много раз выручали оборотня. Но на этот раз все высшие офицерские чины были в военном походе на грозных монстров, поселившихся в древнем подземном городе, неподалеку от Парящего Города. Гераклу был отдан приказ – дождаться возвращения отряда, после чего ему обещали помочь. Однако горячая кровь зооморфа не позволяла ему сидеть сложа руки, он решил найти себе помощников и проводников среди незнакомых ему людей. Для этого он просто крикнул свой призыв о помощи, да так, что его услышали даже в самых отдаленных уголках Идеального Мира.
Долго ждать ответа не пришлось, почти моментально к нему подлетел Сид и предложил помощь его клана. Это было не удивительно, ибо такая тренировка с юным оборотнем давала приличное количество опыта для всех членов группы. Более того, было одно негласное правило, в качестве благодарности за полученные в бою знания, все отобранное у кровожадных монстров, отдавалось тому, кто являлся организатором похода.
Как выяснилось позже, прилетевшего Сида звали Амуром. Судя по всему, имя оказало не малое влияние на дальнейшую судьбу этого лучника.
Он был хорош собой, пряди белых волос спадали на его крепкие плечи, белые ухоженные крылья слегка торчали из висков, все это довершала, аккуратная, статная фигура. Это великолепие дополнял массивный лук, от которого исходило яркое зеленое свечение.
У Геракла сложилось впечатление, что Амур был создан для безжалостного боя и для романтического охмурения ангельских сидок , миленьких друидок и сексуальных представительниц людей.
Клан, в котором состоял жрец, был, судя по всему, из новых, однако, лучник уверил зооморфа, что не стоит опасаться - его соратники сильные и опытные воины, на чьем счету сотни опасных походов в самые опасные уголки Идеальной вселенной.
Сказано это было так убедительно, что у Геракла не осталось ни доли сомнения, в том, что эти люди будут наилучшими проводниками в стенах грозного Инеевого предела.
Так они начали готовиться к отправке в очередное приключение. Пока Геракл носился по Городу Оборотней, закупая себе в дорогу целебные зелья и ремонтируя потрепанную броню, к ним прибыло подкрепление.
Первым к отряду присоединился синеволосый маг. Вел он себя довольно избалованно, что, в прочем, нисколько не удивило Геракла. Богатая одежда Диониса (Именно так он представился) явно выдавала отпрыска голубых кровей. Обычно, такого рода одеяния носили люди, принадлежавшие к императорскому сословию. Несмотря на свой довольно юный возраст, на лице мага красовались ярко синие усы и длинная спадающая вниз бородка. В прочем, они как нельзя лучше дополняли образ Диониса. От него исходил тонкий аромат дорогого сливового вина, возможно даже из запасов самого императора. Судя по всему, в алкоголе он знал толк как никто другой.
Почти сразу после мага прибыла друидка. Она находилась явно в не добром расположении духа, ее мантия была испещрена порезами, судя по всему, она лишь недавно побывала в суровом бою. Несмотря на все это, увидев Амура, она встала по стойке смирно, доложила о своем прибытии и готовности отправится в новый поход.
После чего спросила разрешения пойти привести себя и свое обмундирование в порядок. Лучник отпустил ее, взяв с нее обещание не влезать в переделки. Она покорно кивнула головой и удалилась. Как позже удалось выяснить, звали эту немного странную даму, с чертовскими крылышками над головой и остроконечным хвостом, Ламией.
Лишь спустя продолжительное время к группе присоединились два последних участника, могучий оборотень и утонченная жрица. Первого звали Кроносом. В форме зверя он выглядел точно так же как Геракл, однако отличия всплыли сразу после того, как зооморф принял человекоподобный образ. На его теле висела по-настоящему тяжелая броня, она закрывала все тело толстым слоем стали особой закалки, имеющей абсолютно черный, матовый цвет. Картину дополняли два топора: огромные боевые лезвия которых сияли ярко желтым цветом. Несмотря на столь угрожающий вид, Кронос смиренно встал перед Амуром, слегка наклонился и сухо буркнул – «Я здесь, я готов».
Лучник учтиво поблагодарил Кроноса за прибытие, однако его внимание уже привлекла жрица. Заметив взгляд главы отряда (теперь уже не было сомнений, кто поведет группу в бой), сидка незамедлительно подошла и поздоровалась. Ее звали Ирида. Из разговора стало понятно, что она была новенькой в клане проводников и явно очень беспокоилась о грядущем мероприятии. Геракл даже засомневался, стоит ли эту миловидную особу, с точеной талией, не большой, но столь манящей грудью, прикрытой лишь тонким слоем мантии, тащить за собой в столь опасное путешествие.
Однако тут уже решал не он, все кроме Диониса безоговорочно выполняли приказы Амура, судя по всему, лучник пользовался безоговорочным авторитетом, более того, порой складывалось ощущение, что его немного боялись. Причина, по которой маг вел себя столь раскованно и непринужденно в присутствии лидера отряда, так и не раскрылась Гераклу, потому он просто списал все на знатное происхождение синеволосого человека.
Закончив все приготовления, отряд собрался неподалеку от старейшины Города Оборотней. Окинув всю группу взглядом, Геракл понял, с такими соратниками не то что Инеевый предел не страшен, с ними и Врата Бездушных Духов можно осилить. Однако на рассуждения времени не было, и вот воины направляются в сторону уже не кажущегося столь опасным лабиринта.
Почти всю дорогу Геракл не сводил глаз с Ламии. За время, отведенное на подготовку к походу, друидка успела привести себя в порядок, подлатать и отмыть свою мантию, которая сейчас по изысканности лишь немногим уступало накидке жрицы. А спрятанные под этим одеянием шикарные формы уводили юного оборотня в мир запретных желаний и фантазий, что, в общем-то, не удивительно, мало какой здоровый зооморф в рассвете лет отказался бы провести ночку со столь обворожительной особой. А ведь еще были дьявольские крылышки над головой, немного смугловатая кожа, аппетитная попка из которой торчал симпатичный хвостик. Одним словом Геракл успел разглядеть все, что не удалось оценить с первого взгляда.
Спустя некоторое время, весь отряд уже стоял перед входом в руины Инеевого предела. До входа в зловещий лабиринт оставались считанные минуты. Кронос аккуратно проверял свою походную сумку, Дионис с недовольным видом, морщась, пил дешевое вино из трактира Города Оборотней.
Бюджетное пойло простых воинов и трудяг явно не особо пришлось по вкусу столь знатной особе. Однако выбирать в данной ситуации не приходилось, либо то, что есть, либо ничего, на второй вариант маг явно был не согласен. Геракл стоял и наблюдал за последними приготовлениями, стараясь ни чем не помешать своим проводникам. Неожиданно к нему подошла Ламия. Сложно передать удивление юного оборотня, когда она попросила подержать ее на руках. Конечно, зооморф знал, что приятные ощущения, которые получает любая девушка, находящаяся на руках у сильного мужчины, помогают в бою с монстрами. Ведь в Идеальном мире существовало две движущих силы – любовь и война. Но, даже не смотря на это, такого поворота событий он не ожидал, впрочем, молодой воин был совсем не против сделать то, о чем его просили.
Та пара минут, что сексуальная друидка провела на руках у оборотня, показалась ему раем. Она нежно прижалась к мохнатому торсу зооморфа. Геракл чувствовал, как две упругих груди Ламии прикасаются к его телу, более того, казалось, что ее соски немного возбуждены.
К сожалению, все хорошее кончается. Громкий голос Амура командным тоном сообщил, что пора отправляться в руины. Геракл быстро вернулся из очередной волны нагрянувших фантазий, и, собрав всю волю в кулак, поцеловал друидку в губы, после чего аккуратно поставил ее на землю и стал немного неуклюже поправлять броню, пытаясь сделать как можно более серьезный вид. Ламия кокетливо подмигнула зооморфу и, повиливая той частью тела, откуда у нее рос хвост, скрылась за входом в Инеевый Предел. Следом за ней отправились оставшиеся члены группы.
Очутившись внутри лабиринта Дионис наконец положил бутылку с алкоголем в свою походную сумку, после чего из ножен был аккуратно извлечен меч. Теперь сомнений по поводу происхождения мага не возникало, в его руках заблестел и засветился поразительной красоты меч, выкованный лучшими императорскими мастерами. Среди простого народа, об этом оружии складывали легенды, говорили что маг, который сможет подчинить себе дух иллюзий, заключенный внутри меча, сможет наносить удары невиданной силы.
Пока Геракл разглядывал сие произведение кузнечного искусства, могучий Кронос превратился в белого тигра, а Ирида нанесла защитные заклинания, которые должны были оберегать и помогать путникам в борьбе с монстрами. Все были готовы принять бой.
Первым на стоящих неподалеку тварей, прозванных за отсутствие чувств и мышления, Бездушными, кинулся Кронос. Это и не удивительно, его броня была значительно толще, чем у всех остальных, да и здоровья оборотень имел намного больше, чем кто-либо в отряде.
Подбежав к врагу зооморф начал наносить яростные удары лапой по противнику, периодически со всей силы впиваясь в тело существа своими острыми как бритвы зубами. Ему на подмогу сразу подоспели товарищи. Амур натянул стрелу и со свистом пустил ее в сторону монстра. Дольше всех готовился к началу атаки маг. Сперва он извлек небольшую бумажку из кармана, после чего поднес ее к груди. Полупьяная ухмылка тут же исчезла с его лица, сменившись гримасой крайней сосредоточенности. Уже спустя несколько мгновений он с силой швырнул покрасневшую и заполненную магической энергией бумагу во врага, раздался хлопок, и все тело бездушного объяло пламя, нанеся тем самым огромные ранения неприятелю.
Жрица с друидкой тоже не оставались без дела. Первая, увидев малейшие ранения на телах своих сокланов, тут же начинала читать целительные заклинания, вливающие божественную энергию в тело союзника, от чего у того мгновенно затягивались даже самые серьезные порезы.
Ламия, в свою очередь, не торопилась вступать в бой. Обычно, в таких ситуациях друиды призывают в помощники своих питомцев, но зооморфша явно не собиралась этого делать, она ограничилась лишь призывом стаи пчел, которые целым роем налетали на врага, кусая своими жалами. В прочем, этого хватало чтобы нанести приличные повреждения неприятелю.
Гераклу тоже хотелось помочь его проводникам, но Амур приказал юнцу не вмешиваться в бой. В общем то молодой оборотень и сам понимал, что толку от него будет не много, зато угроза его жизни была довольно весомой. Поэтому он вынужден был стоять в сторонке и наблюдать за происходящим. Естественно, зооморф всегда держался рядом с Ламией, мысленно лелея надежду защитить так понравившуюся ему друидку от нападения монстра, однако отряд действовал почти безупречно, и ни у одного бездушного не было ни малейшей возможности приблизиться к объекту обожания Геракла.
Все, что оставалось оборотню - медленно погружаться в свои эротические фантазии, изредка мечтая не только о самом процессе заведения потомства, но и о счастливой семейной жизни с возлюбленной, в окружении маленьких зооморфенков.
Так, шаг за шагом, их небольшая, но сильная группа двигалась по направлению к зловещему дракону, именно он должен был последним пасть в бою путешественников.
Отработанная система, по которой впереди всех шел Кронос, а остальные всячески содействовали ему, не давала ни единого сбоя. От рук отряда уже успело погибнуть два огромных, толстокожих монстра, первый главарь бездушных был тигром, второй огромным человекоподобным львом.
Геракл шел позади всех, он уже почти не замечал ничего вокруг, в голове его мелькало лишь две мысли: первая, как несложно догадаться, была связана с Ламией, вторая – про несметные сокровища, которые его проводники отдадут ему в конце путешествия. Богатств у монстров было отобрано действительно много. Среди них были и красивые фиолетовые бронированные вещи, и даже одна крайне ценная форма по изготовлению кольца. Многие кузнецы Идеального мира готовы были опустошить свои карманы, дабы заполучить это сокровище. А ведь было еще не известно, какие сокровища охраняет последний, самый грозный монстр.
И вот, за очередным поворотом, казалось бы нескончаемого лабиринта, они увидели его. Огромный дракон, чем-то похожий на носорога, скромно расположился вдоль одной из стен комнаты. С первого взгляда он не выглядел таким опасным, как гласили легенды. Однако любой опытный воин знал – не стоит судить о враге по первому впечатлению.
Отряд начал готовится к последнему сражению. Не спешно были нанесены защитные заклинания, употреблены необходимые зелья и пилюли. И вот, спустя мгновение, Кронос уже мчался на встречу зловещему боссу бездушных. Еще через несколько секунд первые сокрушительные удары полетели в тело противника. Соратники, тоже не мешкали, рой пчел и стрелы полетели в тело врага. Молитва жреца исцеляла все ранения на телах участников группы.
Геракл хотел было зажмурится, чтобы не видеть, как чудовищный монстр покрошит проводников в фарш, но лихие удары участников группы дали понять – отбивной тут станут отнюдь не они. Юный зооморф был откровенно удивлен, как можно столь просто превращать грозного противника, о котором гласили легенды, в беспомощного котенка.
Удар, еще удар, магический ожог, стрела. И вот дракон беспомощно валяется на полу лабиринта, выронив все свои богатства, которые он тщетно пытался защитить от рук путешественников. Среди груд дешевого хлама, заблестела золотая форма магических штанов. Счастью Геракла не было предела, теперь то, продав богатства, он мог зажить на широкую ногу, прикупить себе доспех по последней моде, да еще и сыграть свадьбу со своей ненаглядной.
Спустя секунду руки молодого оборотня начали жадно загр***** добычу. Как вдруг, удар в спину откинул зооморфа к стене, все богатства, отбитые у монстра, снова посыпались на каменный пол Инеевого Предела. Геракл, с непонимающим взглядом смотрел на обидчика. Первая мысль, пришедшая в голову юнца – что над ним пошутили, ведь учитывая силу Кроноса, это был скорее шлепок, или даже дружеское похлопывание по спине. Однако додумать причины случившегося он не успел, раскаленная до красна бумага, заряженная энергией огня, впилась в тело Геракла, после чего мех, покрывающий все конечности зооморфов, стремительно начал сгорать. От неожиданной боли и жара, зооморфу захотелось свернуться в клубочек и забиться в угол. Все тело лихорадочно дрожало, мозг отказывался понять происходящее. Не понимая, что происходит, Геракл бросился бежать, однако далеко ему уйти не удалось. Спустя несколько мгновений из земли, прямо там, где находился юнец, вырвался ледяной гейзер. Тело оборотня больше не слушало, жар, сменившийся на неимоверный холод, мгновенно заставил кожу испещряться глубокими трещинами, глаза ослепли, сил передвигаться не было, даже мучения грешников в аду, наверно показались бы сейчас Гераклу лишь укусами комаров. Еще через несколько секунд, голову зооморфа пронзила стрела, ловко и точно выпущенная Амуром. Жизненные силы покидали оборотня, последним, что он услышал, были слова Ламии – «Наконец-то он сдох, мохнатое чучело. А ведь он еще и умудрился поцеловать меня перед входом, тьфу…».
Очнулся Геракл уже на земле в Городе Оборотней, видимо, богам Идеального Мира было угодно оставить его в живых. Доспех после такого боя уже не куда не годился, кроме как в мусорку, никаких денег или богатств при нем не было, тело все еще ныло, а про Ламию, кроме как матом, оборотень и не вспоминал. Так он и попрел в неизвестном направлении, молясь, чтобы о его позоре не узнали товарищи из клана.
Большое спасибо Rybina и Arcwade, во время написания рассказа я вдохновлялся их творчеством.