Таверна феникса

[Soenvi]

- Это простые пилигримы, и раненные люди! - склонил голову Дэа, живо хромая к атаману, - Я бы хотел немного сопроводить их на трудном пути, сударь. Клянусь, я догоню вас потом.

Приблизившись к атаману, Дэа невзначай приподнял капюшон, устремив на него спокойный холодный взгляд серых глаз. Губы беззвучно шептали: "Уходите".

[Soenvi]

П.С.
Ближайшие три часа у меня киносеанс.

[ksana101090]

- Как скажешь, лекарь. - после секундного молчания медленно произнес Зель, одарив Дэа долгим взглядом. - Рассчитываю на твоё возвращение.

п.с. приятного просмотра

[GeanAmiraku]

Лошадка тоже услышала голоса и от страха прижала ушки. Её опять почти нашли! Бежать? Ноги уже одеревенели бегать. Что? Пятьсот монет?! Хорошо, что не за кочан капусты с маслом!
Рука пустынника всё-таки казалась тяжёлой. Они ускакали, чудо, что не заметили. Как же неприятно, но... уехали. Пфу! Теперь-то тут точно безопасно, вряд ли они будут обыскивать то же самое место повторно.
Кобылка презрительно глянула на сук, куда Дэа закинул поводья, и тут же высвободилась. Ей не нравилось уже то, что её запрягли. Крупной тенью она прошагала за волком, но не подходила к нему близко. Кобылке очень хотелось знать, кто они и откуда. До этого момента её не очень интересовало, что там происходит за четыремя стенами.
Впрочем, из леса ей увидеть так ничего и не удалось, а к волку приближаться она побоялась, пока пустынника не было рядом. Да и слишком уж он приблизился к людям - неужели никто не видит, как его ушки торчат над травой? О, уже не торчат. Может, ей показалось?
Лошадка облизнула губы. А наверняка там есть еда. Не вот эта зелёная, что вокруг растёт, а что-нибудь вроде хлеба, курочки... лошади ведь едят курочку? Или хотя бы поросят?
Она слышала, это животные благородные.

[Mimoxod]

Тот, кто вёл под узцы первую лошадь, вздохнул с облегчением.
- Слава всем богам! Мы и не верили, что найдём кого-нибудь... В этих лесах путники - редкость... Мы больше надеялись на встречу с бандитами, - мужчина измученно улыбнулся, - Добрый господин, мы идём издалека... И теперь уже жалеем, что вышли. Мы блуждаем по этим болотам уже вторую неделю. Здоровых среди нас осталось раз, два и обчёлся. Да вы посмотрите сами, - он указал на караван, тех, кто мог двигаться, и впрямь было немного: три-четыре человека, - Помогите нашему другу... Мы нашли его недавно, в миле отсюда, он лежал на обочине. Его ещё можно спасти, а других... - лицо человека сделалось пасмурным и серьёзным, - Мы должны были основать новый форт здесь.. Вернее к югу отсюда. А оказалось... Да вы и сами можете видеть... - мужчина подошёл к ближайшей телеге и откинул полог: в телеге лежали люди с позеленевшей кожей, расширившимися зрачками и удивительной, безумной улыбкой. Одни что-то бормотали, почти неразделимое, и уж точно непонятное. Другие метались и рыдали. Третьи странно хихикали, - Вот весь цвет мастеров... Их уже не спасти, добрый господин, но его-то хоть спасите...
_____________________________

- Отлично, - прошептал Лис, - Ещё немного и накроем всю шайку-лейку... - он почесал нос, - Вы, главное, не теряйтесь, клячу хватайте... А будет упираться - кровь пускайте. Нечё! Чай не прынцесска, поприсмиреет.

И вот, это немного уже прошло: с трёх сторон выскочили несколько конных, а потом и пеших бойцов. Они были обряжены в странные одежды: некоторые были в дамских чепчиках, а одни и вовсе выбежал в накринолиненой юбке. Последствия неудачной маскировки под благородных дам были налицо. С бешеным рёвом они бросились на всех, до кого могли дотянуться.

- Бегите, добрый господин! - мужчина, показывавший лекарю раненых и больных, преградил разбойнику дорогу, сумел перехватить руку с мечом и даже ударить в ответ, но разбойник смог пырнуть его кинжалом под рёбра, а затем ловко сбить с ног "доброго господина"; прижав лекаря коленом, разбойник криво оскалился, обнажая неполный ряд зубов, и с хохотом прописклявил: "Ну что, святоша, денюжки на бочку, коль жизнь дорога!"

Разбойники догнали отступавших солдат, те, кто похитрее, предпочитали ловить арканами и просто так женщин, рассчитывая на долю добычи, в общем, схватка завязалась...

А на её фоне было почти незаметно, как двое всадников не принимали в ней участие... Ещё до начала свары двое пеших разбойничков подкрались к лагерю со стороны одной "клячи, но крайне важной персоны". Делов -то было... Пока напарники режут всех, до кого дотянутся, эти двое накинулись на лошадь, кое-как упрятали челюсти в мешок, чтобы не кусалась, обмотали их верёвкой. В этот момент, удивительно, но как по нотам, подскакали два всадника и, набросив на шею по аркану, поскакали прочь, утаскивая брыкающубся лошадь, перед которой стояла одно дилема: задохнуться или скакать следом, пытаясь не отстать...

П.С. Маленькая интрига, а какой результат. .Ну-с, где наши герои?
_____________________________

Рез рассмеялся.
- Не ворчи, не ворчи... - удар кирки отсёк кусок плоти земли, - Пусть мальчонка послушает.
- Мальчонка? - Волк покосился на Реза, - Да ты в сыны годишься...
- Ха-ха, смотри, ещё один ворчун. Хоть желание загадывай.
- А у тебя много желаний? Я думаю, у вас всех одно желание - уйти отсюда.
Рез на некоторое время замолк.
- Да нет, есть и другие желания...
- Например, - грохот кирок стал интенсивнее.
- Тааак, надсмотрщик идёт, потом поговорим.
Волк приостановил работу и осмотрелся: действительно, справа появились три фигуры, первая из них - мужчина, довольно плотного телосложения, высокий, лысый, с чёрной бородой и неказистым шрамом на лбу. Он шёл, поругивая рабочих. Наконец, он приблизился и к их паре.
- А ты, с..., что стоишь? А ну, работать!! - кнут стегнул Волка по лицу, оставив глубокую царапину.
- Господин, он новенький ещё, не привыкший, - начал было Рез, но его прервал второй удар кнута, теперь уже по спине.
- А ты молчи, падаль!
- Заткни пасть! - Волк перехватил кирку и ударил надсмотрщика, кровь брызнула из головы, но, к счастью для последнего, реакция позволила ему избежать удара - кирка прошла почти по касательной, двое охранников надсмотрщика наконец среагировали: на Волка посыпались удары...
Когда они закончили, человек едва дышал.
- Вот ведь... - едва не рыдал надсмотрщик, пытаясь унять кровь платком, который он достал из кармана. Белая ткань обагривалась довольно быстро, - Добейте эту тварь!..

Так вот оно как... Вот он, мой конец... Вот она - жизнь. Хаос... Хаос пожирает своих созданий их же руками. Вот и всё... "Добейте эту тварь..." - донеслось откуда-то издали, человек закрыл глаза... Навсегда... Но через мгновение они открылись, только совсем другие...

Шахту наполнил крик, перетекающий в рык. Цепи разлетелись, как дорогое стекло бокалов. Мгновение, два... И оба охранника с переломанными шеями уже лежат на полу, а надзиратель мчит по коридорам. Он ещё надеется скрыться. Вот он залезает в бочку, вот хватается за верёвку и начинает подниматься, он надеется сбежать...
Спустя несколько мгновений в звенящей тишине на пол упала бочка, нагруженная чем-то... А потом - голова.
Как всё ясно теперь! И зачем я боролся? Вперёд, прочь отсюда... Прочь!! О, нет... Что это... Нееет...

- Бездари! Вы непроходимо глупы! - неясная фигура приближалась, - В клетку его...
- А е-е... если цапнет?
- Значит у меня будет на одного оборотня больше. Мне же лучше - больше нужной крови...

П.П.С. У нас вакантны должности: лорда и его книжника. Не стесняемся, присылаем резюме.

[Soenvi]

Брат, видел бы ты меня сейчас! Ты бы ударил меня. И посмеялся.

Лёжа на влажной земле, пустынник чувствовал себя так, словно все тяготы мира обрушились на него. Стыд перед невинными людьми, усталость и горящие от боли раны. Три бессонные ночи, сражения - всё слилось в чудовищную карусель, затопившую разум Дэа, превратившую его в дурака, в безмозглого недоверчивого дурака.
Злость на весь мир погасла, оставив досаду на самого себя. Глядя в перекошенное лицо бандита, прикрытое съехавшим на один глаз грязным чепчиком, пустынник прошептал:

- Haass aep'nishee, прости меня, человек.

Он сотню раз проделывал это, когда делил душу со своим братом. То наследство Шольгрима, к которому Дэа надеялся не взывать боле.

"В одной руке держу я Жизнь,
Смерть - дремлет во второй.
Твоей мятущейся душе
Я подарю покой."

Без Шольгрима это было подобно падению в ледяную воду. Дыхание перехватило, пустынник выгнулся в судороге, сбросив с себя колено бандита. Мгновенно поднявшись, он почувствовал, как горят ладони, сжимающие рукояти двух клинков. Белая и вороная сталь сверкнули на солнце, чтобы тут же стать почти прозрачными.

- Грязь вокруг меня. Грязь во мне. Ненавижу.

Сбоку к нему приближался один из ряженых наездников, держа наперевес короткое копьё. Нырнув под взмах оружия, Дэа крутанулся на каблуках, подрезая ноги несчастной лошади. С почти человеческим криком, она проскакала ещё пару метров, запнулась и упала, погребая под собою седока. Выпрямившись, пустынник обратил лицо к тому, кто недавно угрожал его жизни.

- Доставай меч! - прохрипел Дэа, - Кинжал не спасёт тебя. Ты будешь платить за свои ошибки - и за мои! Saen sha-ajirri!

Капюшон упал назад, открыв смуглое, серое сейчас лицо. Глаза лекаря казались двумя стекляшками, отрешённые и пустые.

***
Saen sha-ajirri!

Шольгрим проснулся, хватая ртом воздух. Эхо чужого крика звенело на грани слуха Хранителя Смерти, перед глазами проносились обрывочные видения, картины схватки, происходившей где-то далеко отсюда.
По ту сторону прогорающего костра сидела Схилла, уставившись в одну точку. Пустынник готов был поклясться, что точно так же немёртвая выглядела, когда он засыпал.

- Ты кричал во сне. - таким же тоном можно было рассуждать о том, что небо - голубое.
- Спасибо, я и сам догадываюсь, - огрызнулся Шольгрим.

Схилла неуловимо повела плечом, нарушив свою восхитительную неподвижность.

- Раз уж ты проснулся - собираемся. К вечеру будем в Монастыре.

Спорить было бесполезно. Поднявшись, Шольгрим посмотрел в ночное небо.

- Только не наделай глупостей, Дэа...

П.С.
Буду резать, буду бить. Айболит - берсеркер-мод.
А что от книжника требуется? Грамоте мы обучены, подобострастие изображать умеем, интриганством не то чтобы увлекаемся, но, на досуге...

[gordonnnnnnnn]

Все тело Юри окутала какая-то кожица (аки симбиот из ЧП) которая стала толще и начала служить броней. Над ухом Старк запищал Чак-Чак который использовал свои "особые силы"

- Слушаюсь, лорд Оллдфорт, - сказал Маркус и с помощью магии обронил на голову Лорду...люстру. Убедившись, что лорд не подает признаков жизни, маркус забрал книгу и выпрыгнул в окно

[Mimoxod]

П.С. Книжник - тот дядька который сделал девушку клячей, а потому, он должен ещё быть злющим интриганом, возможно, выжившим из ума стариком, немножко параноиком, естествоиспытателем, логиком, стратегом, и на машинке уметь шить... Или не стариком. Тут как пойдёт. В общем, вам и карты в руки. Кстати, неужели никто не хочет быть благородным, или не шибко, лордом, к которому и тащат кобылку?)
П.П.С. В общем, таааак, молчуны вы мои, с вас развитие событий. Через пару дней проверю.

[Soenvi]

П.С.
О'K, попробуюсь на роль книжника. Ждите на выходных пост, сударь Mimoxod, заодно - думайте, как дальше усмирять "Айболита". )
Мне б ещё, наконец-то, до монастыря добраться. Ммм, монашки

[ksana101090]

- Такая же безрассудная и не внимательная как и мать... - Пробормотал Фенрир, присаживаясь пред Юри. - Ну как можно было не заметить Ангельские цветы?
Он окинул взглядом полянку: тут и там из высокой травы выглядывали красные лепестки. Тяжко вздохнув, демон взял девушку на руки и направился в противоположном от города направлении.

Гвейн вскочил и кинулся на помощь людям, совершенно забыв про "лошадь", а когда вспомнил - было уже поздно.
Вцепившись в руку одного из нападавших, он сдернул его с коня. Массивная челюсть сомкнулась подобно капкану. Вкус крови, хлынувшей в пасть, воззвал к звериной ярости, лишая разума. Снежный волк сжимал зубы до тех пор пока, не услышал хруст костей. Оставив корчившегося на земле бандита, Гвейн кинулся на другого...

Хоть Хел и говорила, что его ребята не владеют оружием, но это было по её меркам. Бандитам и, даже, некоторым стражникам, Зель и его компания могли дать достойный отпор. Атаман снова схватился за меч, резво перерезая верёвки и становясь на пути врага, дабы беззащитные женщины с детьми могли убежать. Его маленький отряд из десяти человек последовал примеру, перегораживая дорогу к "добыче".