Таверна феникса

[Mimoxod]

Пробуждение магини, наделавшей немало шума, особенно на фоне "почти тишины", создаваемой разойницей, всколыхнуло даже сам воздух. Отброшенная от "умиравшего" разбойница слабо что-то понимала: какое-то странное щемящее ощущение, словно вампир из сказки, отнимало силы. Она смотрела на Шиан, даже жалела её (вот этого уж Эльза никак не могла предположить...). Порой она даже порывалась попытаться успокоить её... Странное людское желание: поддержать другого, хотя тебе не лучше. И впрямь, какая-то сказка...
Тогда никто ещё не знал, что они и впрямь увидят сказку, сказку наяву, быть может, последнюю в этом мире...

После злополучного чиха латника, бутылочник предлагал загладить вину, даже извинялся, но его просто никто не слышал. Бросив это унизительное предприятие, он снова уткнулся в тарелку, размышляя о том, что придётся продолжить путь одним. Впрочем, это даже правильно... ДА и славы больше добудут. Ещё бы, если с ними пойдёт дракон или опытный маг, то любой мальчишка, прочитав легенду о них, сможет сказать, мол, да за них всю работу сделали другие. сам так делал в школе, когда изучал удивительную книгу "Сравнительные биографии". Маги и рыцари там порой тоже попадали в компании более опытных и не совершали ничего, попадая в тень иных личностей. История даже их имён не сохранила... А бутылочник боялся такой судьбы. Они и сбежали-то лишь для того, чтобы стать героями: героями, а не свитой...
Пробуждение магини оторвало его от размышлений. Ещё бы, она даже позволила себе обругать их.
- Что? Да мы... - начал было бутылочник, которого задело за живое то, что ему ставят в вину, по всей видимости, неряшливое обращение с зельями, - Да это она всё, вообще...
- Цыц! - шикнул на него латник; удивительно, обычно ситуация была противоположной: бутылочник успокаивал воина, любившего острое словцо. Видимо, мудрость даётся всем, но понемногу и не навсегда, - Не спорь с ними, им сейчас не до того, - глубокомысленно заметил он, - Лучше ешь, пока дают. Мы сбежим отсюда, как из ордена, а сбегать лучше на полный желудок, - добавил он шёпотом и углубился в изучение содержимого своей тарелки. Второй юноша последовал его примеру, хотя и неохотно: в него просто уже не могло влезть больше, лишь жадность, порождённая недавним голодом, заставляла его поглощать пищу через силу.

Тихие голоса во дворе, приветливые голоса. Их тогда не слышал никто, кроме, пожалуй Эрланда, но и он не придал им внимания. Остальные же и вовсе были слишком увлечены собой, своими переживаниями и страхами. Поглощённый страхом зверь бежит и не чует ног под собой, не видит ничего вокруг, что уж говорить о человеке, чья природа ещё более отягощена за счёт способности к размышлению и воображением. Ему во сто крат хуже.
Вдруг, воздух порвался. Висевший до того плотной пеленой, он не шёл в лёгкие, а тут... Люди задышали. Какое-то смутное ощущение умиротворения настигло их и сразило. Кто-то вошёл в их убежище в забытой богами и, что удивительнее, сборщиками налогов земле.
Бутылочник, едва увидев вошедшего, поперхнулся едой и ударил в бок латника. Тот оказался покрепче в плане приёма пищи, но всё же не мог не шикнуть, мол, что творишь. Первый же паренёк уже во всю показывал пальцем на вошедшего... Потом он начал что-то шептать своему собрату. По мере того, как парень с бутылками всё активнее жестикулировал, глаза латника всё больше округлялись. Когда же история закончилась, он смог выдавить лишь один вопрос: "Серьёзно?"...
А потом два юноши едва ли не влюблёнными глазами уставились на вошедшего. Оба знали его: об этом человеке писали книги, его приводили в пример некоторые учителя и профессора, его портрет висел в академии магии, пока её не разогнали. Этот мужчина, победивший стольких чудовищ, обошедший столько земель, был настоящим героем, пусть не этого, но прошлого поколения, уж точно. Особенно на юге, в крае относительной свободы. И вот, живая легенда стоит у них перед глазами. Неудивительно, что эти, в сущности, ещё мальчишки с замиранием сердца слушали всё, что он скажет, жадно ловили все его движения, и думали: "Да уж... Такое бывает лишь раз в жизни".

Эльза, по всей видимости, была единственной, кто не знал вошедшего. Что поделать, в академиях учиться было некогда. Незнание всегда рождает страх - сильный ли, слабый, но страх, - а потому она опасливо косилась на мужчину. Её пугало всё то, что он делал, особенно из-за того, что он делал эти странные манипуляции с Сэндом. Право, неужели он поможет? На короткий миг странное волнение охватило её. Не отрываясь, Эльза смотрела на лежавшего... Когда он заворочался и начал кашлять, даже испугалась, но, судя по вернувшейся к мужчине едкости, он выздоравливал. Не до конца веря в реальность происходящего, девушка пыталась незаметно кусать губы, боясь, как бы не проснуться. Не просыпалась, даже после выступившей на внутренней стороне губы крови не проснулась. Значит, это всё же правда... Не сон! Сдержав вздох облегчения, она слабо улыбнулась, не отводя глаз от чудом спасшегося. Пожалуй, она даже благодарила богов этого мира а такой бесценный дар...
- Что? - она не сразу поняла, что обращаются к ней, - Но василисков же не... - начала было она, но поняла, что суть фразы была не в этом; взгляд её упал на Шиан... Ком встал в горле, а по спине пробежал табун мурашек. Такой разбойница ещё никого не видела. Даже в шайке. Там пленники предпочитали кричать, обещать отомстить (всегда попусту) либо пытаться показать гордость. А тут... казалось, что самая огромная в мире гора не могла так согнуть человека. - Это... Это я сделала. Это я виновата. Я случайно разбила флакончик... Если бы... - она пыталась говорить твёрдо: не получалось. Чувство вины давало обильный урожай на удобренной радостью душе. Стало страшно и зябко от того, что оно едва ли не пыталась убить этого человека... Хорошего человека.
Когда маг отвлёкся на разговоры с Сэндом, девушка осторожно приподнялась и поползла прочь, к тому углу, где сидела магиня. Благо, путь был достаточно небольшой. Сердце колотилось: разбойница боялась. Присев на колени, сложив руки в замок, она почувствовала себя нашкодившей ученицей перед директрисой какого-нибудь пансиона. Эльза стояла и долго подбирала слова. Безуспешно, в общем.
- Шиан... - начала она шёпотом, - Прости, пожалуйста. Я не знаю, как так получилось... - полуживая гордость не позволяла оправдываться, еле сдерживая волнение, она села подле магини, пытаясь успокоиться, она заламывала пальцы, лишь изредка бросая взгляд на сидевшую рядом, - Ты не виновата. Ты хорошая сестра, если ты переживаешь по этому поводу...

Появление какого-то человека почти не заинтересовало Эрланда. Его пробудило от "дремоты" другое: Китиара вдруг чихнула. Резкий, как запах нашатырного спирта, запах магии, исходивший от вошедшего, сильно ударял в нос.
- Ооой, где я? - спросила она тихо, осматриваясь, бросив взгляд на себя, она, немного удивлённо спросила, - И в чём я? Эрл, что ты опять натворил? - обратилась она полушутливым тоном.
Мужчина же просто глупо улыбался, любуясь на очнувшуюся.
- Ясно, не будешь отвечать...
- Отвечу, только... - приветвие застало его врасплох, он перевёл взгляд на вошедшего, - И вам мир в дом, Мастер, - ответил он с почтительностью, на которую был способен (а способности его в этом деле были довольно ограничены), - Простите, я не заметил, что вы вошли... - странно, отец приучал его называть редко появлявшегося в их замке человека на вы, а он всё детство ему "тыкал", теперь же "вы" вырывалось само, даже сложно было представить, что когда-то он мог говорить иначе.
- Кто это? - шёпотом спросила Китиара, инстинктивно попыталась принюхаться и опять чихнула, - Как от него магией несёт.
- Это очень хороший человек, дедушка Сэнда.
- Хм... - Китиара пару мгновений изучала то пришедшего мага, то лежавшего Сэнда, - Они не слишком-то похожи.
- Пожалуй, но он же маг. Они меняются... И лишь немногие остаются людьми.
- Как и волки, - улыбнулась женщина.
- Как и волки, - подтвердил Эрланд, не отводя взгляда, - Тебе, пожалуй, ещё надо поспать.
- Мне одежду надо, - резонно заметила Китиара.
- Возьми мою из дорожной сумки, твоя... испортилась. А в ближайшем городе купим тебе новую.
- Откуда? У нас же ни гроша нет... Вечно ты у меня мечтаешь, - женщина усмехнулась, - Проводи меня...
Они кое-как выбрались из укрытия, прошли мимо довольного дракона до ближайших кустов и вернулись через пару минут. Китиара и впрямь взяла одежду Эрла, смотрелось мешковато, но всё, что нужно, прикрывало, чтобы окружавшие её люди не особо краснели.
К моменту их возвращения дракон не выдержал и уже засунул голову в укрытие людей, вызвав неподдельный смех многих, сидевших внутри...
_______________________________________

- Странный всадник... - буркнул Волк, смотря вслед уезжавшему.
И впрямь, странный. Интересно, кто он. И почему, вдруг, предупреждает абсолютно незнакомого человека? Неужели здесь так принято, в краю полчищ собак и довольных свиней? Вряд ли. Хотя, было за что всадника и поблагодарить: вопрос о работе был более приемлем, чем тот, который впопыхах выдумал оборванец: для первой встречи он был бы глуп (всадник мог отослать прочь, мол, нет работы), но теперь он был более весомым: работа была, уж не прогонят сразу. Впрочем, особо рассуждать времени не было: солнце клонилось к закату, а та "вдовушка" вполне может улечься спать, да так, что не добудишься. Где тут этот дом?

Наступили сумерки... Шкура оборотня имеет по крайне мере одно преимущество - улучшившееся зрение в темноте. Во имя всех богов, как они делают дороги! Одни буераки. Тут мало кто не сломит шею.
Впрочем, добравшись до дома "вловушки", самого большого из окрестных, стоящего поодаль от других, Волк осознал, что дорога - не главная проблема этого места. Дом был обнесён частоколом, мощные ворота уберегали хозяйку от не прошенных посетителей, а особо назойливых, видимо, должны были встречать её "дуболомы". Вон они, стояли на площадке над воротами. Не особенно широки в плечах, довольно молоды... Даже с арбалетами. Что ж, прямой путь (вломиться в дом через ворота) Волк решил оставить на потом. Сперва надо проявить вежливость... Так его одна кошка учила.
Подойдя ближе к воротам, он поднял голову и крикнул стоявшим наверху, примерно в полутора метрах выше.
- Эээй, служивые, не откроете ли ворота этого гостеприимного дома? Ночь на дворе, нужно привечать путников, да и, как я слышал, вашей хозяйке нужны рабочие руки. Может быть, и я на что сгожусь...
__________________________________________________ ___

Эльфийка улыбнулась, слушая мальчика. Какие всё же, эти люди. Сколько она их видела - ни одного похожего, но все одинаковые. Этот тоже считает себя рыцарем, как все мальчишки. Вопрос о том, почему она не живёт с эльфами, заставил улыбку на пару мгновений покинуть лицо дитя леса.
- Я... Я просто погостить ездила, - что-то соврала она, - А ты лучше расскажи, как он дракона победил...

Нет нужды описывать всё их путешествие: оно было одним из скучнейших для того времени. Ни одного налёта разбойников, ни одного нападения дикого зверя. Даже рассказать нечего. Наконец, когда силы были уже на исходе, а желание разнести все встречные корчмы почти достигло в эльфийке того уровня, на котором рука сама тянется к стреле, они прибыли...

Узнать о том, что вы входите в земли эльфов, довольно просто: свистящие приветы служили лучшим предупреждением. Этот народ был дружелюбен, но последние события заставляли ушастых всё чаще браться за луки и не верить каждому встречному (только через одного!). Вот и теперь...
- ... ну, не знаю, я думаю, что рыцари так не должны себя вести, они же эти... поборники добра и справедливости, а не истребители чудовищ, как цепные псы ордена, пожирающие всех, до кого дотянутся. Рыцари, они... - на этом месте рассуждений эльфийка осеклась: в дерево рядом с ней вонзилась стрела, - Подними руки вверх и сложи замком! - коротко шикнула она, делая то же самое.
Еле слышный шум ветвей... Еле слышные шаги... И вот перед ними уже стояли двое из ушастого племени, оба подняли луки, целясь в двух пришельцев. Тот, что стоял правее и выглядел постарше, что-то заговорил сквозь зубы, глядя на девушку. Говорил он на своём, непонятном не-эльфам, языке. Это была, пожалуй, одна из последних причуд этого древнего народа. Некультурно говорить с чужаками на своём, но гордость мешала некоторым учить всеобщий.
- Кайл, я... - начала было девушка, но страж прикрикнул на неё, дальше она говорила с ним уже только на эльфском. Какой-то смысл можно было уловить лишь по жестам и выражениям. Вот она разводит руки, тараторит, видимо, просит пропустить. Мужчина отвечает сквозь зубы, яро, видимо обвиняет её в чём-то и отказывает. Она опять просит, ещё жалобнее. Потом указывает на мальчика, видимо, просит пропустить хотя бы его. Эльф не соглашается. Он распаляется ещё сильнее... Пока наконец не хватает её за плечо и не тащит силой куда-то вглубь леса. Второй хватает паренька на плечо и идёт следом.
Путь был недолгий: буквально через четверть часа, миновав несколько опушек и патрулей, эльфы достигли огромного дерева, в тени которого и на "уступах"-наростах располагались небольшие на вид домики. Это был "эльфятник", как называли некоторые эльфофобы среди людей это место, это было Священное древо, Игдрассил.
Среди ушастого племени идти пришлось долго: они облепляли не столько эльфку, сколько мальчика. Несколько маленьких эльфят даже что-то приветственно кричали ему, кто-то смеялся, кто-то просто смотрел на него с интересом. Многие из живших здесь никогда не видели детей людей.

Как и следовало догадаться (такие всегда пишут, когда догадка вовсе не очевидна), привели их к эльфскому губернатору, главе этого небольшого поселения. Высокий, хрупкий на вид, он был одет в сияющую мантию, расшитую золотом и украшенную шелками и вышивкой. Он долго о чём-то говорил с эльфкой, спокойным тоном, но от этого, казалось, ей было даже хуже. Наконец, он задумался ненадолго, а потом обратился к мальчику.
- Ну что ж, мы будем гостеприимны. Человек, мы вас не прогоним. Живите с миром, - он дал знак тем, кто их схватили. Обоих пришельцев вывели из дома старейшины, расположенного у самых корней древа, и повели прочь, куда-то в бок. Как оказалось, тащили их к небольшому шалашу. Там уже стояла еда и вода. Напоследок охотники бросили пару язвительных слов эльфке, рассмеялись и пошли прочь.
- Угощайся, - улыбалась девушка, наверное, даже через силу, - Они великолепно готовят. Даже простые блюда вкуснее, чем самые изысканные из кухни зверолюдей. Впрочем, у каждого свой вкус...

Тем временем на заднем плане собиралась небольшая толпа зевак...

П.С. Заслужили, заслужили. Выздоравливай скорее, а то лютовать неинтересно.

П.П.С. Вот, поди бактериями и сразила полови войска противника. А потом рассказывает, мол, подстрелила

[GeanAmiraku]

ПС: Отвечу вечером, а пока что немного оффтопа: этот бутылочник с латником напомнили мне мультик один короткий))
http://pwonline.ru/forums/fredirect....%3DkkAYze6ae18

[GeanAmiraku]

Шиан вообще не понимала, что дедушка тут делает. Она, конечно, была рада ему, но... где он был всё это время? Почему не появлялся раньше, когда так же был нужен? Ей вспомнились те случаи, которые могли бы разрешиться лучше, будь он рядом.
- Я виновата уже в том, что позволила Сэнду связаться с этой девушкой, - ответила Шиан, когда к ней вернулся дар речи. - А ты... ты... будь осторожнее в следующий раз. Или спокойнее.
Если бы не та же поза, неуверенные жесты и мимика, и бледность лица, то Шиан, вроде, стала собой. Но на деда старалась не смотреть. Не из-за чувства вины - наоборот, боялась обвинить его во многих своих несчастьях, что было бы не слишком справедливо.
- Ты бы хоть... вылечил до конца, - сдавленно проговорил Сэнд, еле сумев откашляться.
- Сам вылечишься, противоядие тебе дали, - ответил дед, присев на корточки и слегка потрепав ему волосы. - А не будешь меня слушать, скорее состаришься.
Сэнд подтянул к себе плед и завернулся в него. Может, расставались они с дедушкой, находясь не в самых лучших отношениях, но сейчас Сэнд доверял ему больше, чем многим. Раз он всё-таки рядом, значит, всё будет хорошо. Или наилучшим образом. Практика показывает, что это очень разные понятия: если тебе плохо, это не значит, что могло быть лучше. По крайней мере, так пытался утешить себя Сэнд, сражаясь с тошнотой.
Шиан с некоторым усилием встала, но не решилась подойти к брату.
- А твоя... ученица тоже здесь?
- Да. Ты можешь поговорить и с ней, если хочешь - она ждёт снаружи.
Торопливо, стараясь спрятать от других своё лицо, волшебница почти выбежала из убежища, столкнувшись по дороге с оборотнями.
Когда дракон тоже сунул голову внутрь, маг впервые позволил себе улыбнуться.
- Сэнд, малыш, он действительно подрос. Больше не таскаешь овец, Хранитель? - дракон в ответ лишь закатил глаза.
- Расскажи нашим друзьям, где ты откопал это... чудовище... которое разорило наш дом, - проворчал Сэнд, не в силах уснуть. Противоядие-то было хорошее, но вот руки-ноги все затекли и с трудом двигались. Сначала Сэнд с трудом их чувствовал, а потом конечности стало невыносимо ломать. Дышать хоть стало легче, но пустой желудок свело...
- Хозяин, ну не обижайте, я же не чудовище...
- Мы его почти год ловили, - маг подошёл к драконьей морде и почесал ему между зубов. - Он был размером с телёнка и воровал птицу по всей округе. Дикий был, глупый. Руку моему сыну отхватил.
- Хозяин, я был не глупый, я был осторожный! И огнём я плеваться тогда не умел...
- Ты и сейчас не умеешь, - махнул рукой маг.
Шиан, самая угрюмая из всех, вернулась в палатку и, так как все, вроде, были более-менее счастливы, заставила себя улыбнуться.
- Дед, ты надолго?
- Я раздобуду здесь кое-какие важные вещи, - ответил он, поглаживая бороду. - Я не знаю, сколько времени потребуется на то, чтобы разобрать некоторые завалы под замком. А вот вам тут задерживаться нельзя. Меня никто не увидит, а на вас снова начнут охоту. Советую выбираться отсюда с рассветом, пока не нужно слишком спешить.
Кажется, со стороны Сэнда прозвучал тоскливый вздох.
- Интересно, куда же, - буркнула Шиан, заглядывая в котелок. - Э-эй, прожоры! Сколько в вас влезло?!


Эти двое на воротах переглянулись, затем снова посмотрели на гостя, и о чём-то совсем тихо зашептались между собой. Потом один куда-то ушёл. Другой крикнул:
- Придётся немного подождать, нужно поговорить с хозяйкой дома! Долгий путь? - почти участливо поинтересовался страж. Не то чтобы это очень его интересовало, но нужно же чем-то занять себя и этого оборванца... к слову, степень ободранности одежды с трудом можно было разглядеть в темноте - человеческий глаз, даже натренированный, не настолько острый.
Ждать пришлось не слишком долго, минут пятнадцать. Ворота без предупреждения открылись - второй охотник предложил проводить гостя внутрь, немного сморщившись, видя, что скорее всего переоценил потенциального работника...
Карлин, откровенно говоря, не хотела никого принимать. Но ведь, действительно, оставить человека на улице она всегда успеет, а вдруг он предложит что-нибудь ценное?
Чаще всего, конечно, её ожидания не бывали оправданы, однако те редкие случаи, когда ожидания совпадали с реальностью, были бы невозможны, если бы она не спрашивала себя всякий раз: "А вдруг это ещё один шанс?"
К тому моменту, как она встретила гостя у дверей дома, её настроение чуть-чуть улучшилось. А выражение лица, мимика, жесты - всё стало естественным, ненапряженным, сильным и добрым. Она старалась изменить в себе всё при общении с незнакомыми людьми и, да, у неё это получалось. Даже думалось по-другому, хотя такой ход мыслей иногда мешал ночью спать.
- Добрый вечер, - поприветствовала она гостя буднично, как будто день только начинался.



Мальчуган отказался рассказывать про то, как великий герой победил дракона, аргументируя это тем, что эльфийка всё равно ему не верит. На самом деле Тейд очень хотел бы это рассказать... но в стихах и по памяти. А память... подводила.

А лес эльфов поначалу произвёл угнетающее впечатление на мальчишку... в первую очередь потому, что своё мнение об этом месте он формировал, наблюдая за реакцией эльфийки. Он даже попытался по мимике угадать, что же ей было неприятнее, это приветствие или всё-таки городские таверны?
Почему-то Тейду казалось, что эльфы питаются лишь овощами и фруктами, и это вторая причина, по которой мальчишка грустил по корчмам, где его, мелкого, кормили почти до отвала. Ну, не всегда, конечно. Иногда драли за уши, когда он пытался свистнуть из погреба что потяжелее.
Все впечатления смешались в одну кучу - все ушастые и стройные, всё очень странное, и...
еда всё-таки выглядела аппетитно. Даже слишком.
- А теперь переводи! - стукнул Тейд по столу. Его немного раздражали зеваки. Неуютно обедать, когда на тебя кто-то смотрит. Особенно, если ты даже в ордене не всегда обедал честно...

ПС: с гораздо большим успехом я бы инфецировала своих на поле боя! Гораздо надёжнее отлавливать врага до начала боя >

ППС: Ура, самый тяжёлый день недели подошёл к концу! Осталось только выучить наизусть пару текстов

[Mimoxod]

Эльза сидела на коленях и слушала, что говорила Шиан... и соглашалась. Пожалуй, если бы они не встретились, всё действительно было бы лучше. Он бы не тратил нервы и силы на то, чтобы её вытаскивать из тоннелей, на то, чтобы лечить её. Так бы он, наверное, покинул дом Эрланда раньше, а значит не попался бы на уловки ордена. Не плутал бы сейчас не пойми где... И уж точно не валялся в таком виде.
Еле вывернувшись, чтобы не попасть под ноги магине, явно недовольной положением дел, Эльза уселась почти в самом углу. Этот странный незнакомый человек переставал быть уж таким идеальным в её глазах. Довольно властный, даже немного своевольный... Она всё ещё пыталась разуверить себя, убедить, что ошиблась: ещё сильно было чувство благодарности за то, что он исправил её ошибку. Глупейшую из ошибок...
Единственное, что хоть как-то подняло настроение, - появление дракона. Это было, пожалуй, самое бесхитростное и честное существо из всех, кого она встречала за последнее время. Остальные хоть что-то, да скрывали. Пытались быть не такими, какие они есть на самом деле, даже она пыталась быть другой...
- Он не чудовище... - разбойница попыталась заступиться за дракона, но её, видимо, никто не услышал: все были слишком поглощены своими словами. Под воздействием момента, девушка, у которой в последнее время, на фоне комплекса вины, обострилась мнительность, подумала, что Волк был прав. Она здесь и впрямь чужая. Блуждая взглядом от одного человека к другому, она невольно задерживалась на каждом из них... кроме Сэнда. Его видеть не хотелось...

- Ну что, скажи, про растущий организм, - буркнул бутылочник, уши которого горели от того, что их так назвали в присутствии ТАКОГО человека, можно сказать, в душу плюнули.
- Ну... Мы ж ещё растущие организмы, - латник не нашёл что ответить, кроме этого веками действовавшего аргумента. Впрочем, здесь, видимо, корабль этого довода даст течь.
- Болвааааан... - протянул бутылочник, прикрыв глаза ладонью.
- Что? Как ты меня назвал? - латник схватил бутылочника за грудки.
- Болван, мог бы придумать объяснение получше.
- Я хоть что-то сказал! А ты ничего! И вообще, если бы ты не начал умничать про дриад, мы бы вообще здесь не оказались! Да какой из тебя охотник?!
- Что? Меня, хотя бы, не замотали в плащ, как сосунка в пелёнки!
- Да ты что!
- Да, к тому же, благодаря моим зельям, мы смогли вывести из строя оборотня, а значит, они работают! В отличие от твоих...
- Что ты сказал, сопляк?! - зарычал Эрланд, теряя самообладание, - Сейчас я запихаю твои зелья тебе в печёнки, а потом свяжу тебя твоими же кишками и заставлю съесть свой мочевой пузырь.
- Эрл, - Китиара положила руку ему на плечо, тот, хоть и нехотя, остыл.
- Ты записал последовательность действий? - едко спросил латник.
- Зачем ещё?
- Потому, что сейчас я сделаю это с тобой!
- Да скорее я тебя засуну в бутылку! - бутылочник распалялся, латник от него не отставал, дело грозило кончится потасовкой.
- Замолчите оба! - не выдержала Эльза, у неё уже голова гудела от этой парочки, - Вы - два пожара на ножках! Всё из-за вас... Всё! - зло фыркнув, девушка вылезла из-под навеса. Она опять соврала себе: просто хотелось хоть кого-то обвинить, чтобы не тащить всё на себе. Естественное желание...
Оказавшись на воздухе, она отошла подальше, к разрушенной стене, и села на одном из камней.Насупившись, едва ли не нахохлившись, она подобрала какие-то маленькие камешки и принялась зло бросать их за стену, в тёмный лес, казавшийся бескрайним морем...
- Тоже мне... Как они... Я... Да я и не хочу быть вашей... Пожалуйста...- бормотала она еле слышно, вымещая зло на камешках.

Притихшие "охотники" что-то бурчали, видимо продолжали перепалку, но уже не с такой силой. Китиара почти спала на руках своего волка, эта перепалка ей была не помехой.
Наконец, бутылочник, и до того сгоравший от нетерпения, важно откашлялся, привлекая внимание. Потом, достигнув цели, немного оробел и заговорил неровным голосом, дрожащим от волнения.
- Г... Господин маг, - начал он, пытаясь "держать марку", - Господин маг, мы с моим другом, зная ваши высокие заслуги, могли бы... Эм... Могли бы помочь вам в вашем... В ваших поисках, - говорил он почти важно, но конец не выдержал: добавил почти просяще, - Если вы не против, конечно...
__________________________________________________ _____

Волк рефлекторно дёрнул ухом, прислушиваясь к маленькой беседе стражников.. Ничего интересного, обычный разговор двоих довольных службой и не желающих терять своё место людей. Когда один ушёл, Волк пытался было прислушиваться к его шагам, но за стеной было слишком много звуков, да и стражу на воротах надо было что-то ответить, а то придётся искать обходные пути.
- Долгий, человек. Порой и жизни не хватит на такой путь... - неохотно ответил Волк, ожидая, что вот сейчас откроются двери. Но они открылись неожиданно... Всё же жаль, что здесь живут хозяйственные люди, которые смазывают петли. Оборванец едва не оскалился и не зарычал от неожиданности. Впрочем, сумел совладать с собой, да и время не позволяло детально рассмотреть его. Поймав на себе расстроенный взгляд, Волк даже подумал, что его не пустят, а обходной план (просто войти силой) становился сложнее: оказалось, что одежды этих стражников были покрыты пластинами... от которых пахло серебром и наговорами. Не поскупились люди, и хозяйка - тоже. Эти парни были охотниками, только настоящими, не чудовищами ордена, которым с помощью введения какого-то жидкого металла в сердце прививают устойчивость к магии, а потом и способности к ней. Эти были "природными". Неопытными, но курки спустить могли. Благо, сейчас палец на курке был только у одного - того, что стоял над воротами... Стоп, он здесь был не для того, чтобы убивать. Он здесь с миром...
Пока его вели к дому, в котором только в одном окне был свет, видимо, в хозяйской комнате, Волк пытался осмотреться. Ничего не скажешь, хозяйственно: вольеры с псами, провожавшими его взглядом и недовольным рычанием или скулением, в зависимости от храбрости того или иного пса или псины. Кроме псов в вольерах копошились свиньи, огромные боровы, мясом одного такого можно было бы накормить человека три-четыре, причём до отвала. Сам дом был добротным, но без каких-либо украшений, которые уже намозолили Волку глаза, пока он пробирался между деревнями. У этого дома было всего одно украшение - слабо заметные борозды, словно от когтей, на углу дома. Ай-я-яй, прямо на лицевой стороне. Неужели здесь есть кто-то такой... Размышления прервались словами нового человека.
Волк обернулся. Перед ним, держа в руке фонарь, стояла женщина. Видимо, та самая "вдовушка".
- Мир в ваш дом, хозяйка, - Волк втянул носом воздух, - Как вижу, вам есть чего опасаться, - он обернулся к воротам, которые уже давно затворили, - Сейчас бродяг по дорогам много... И, судя по всему, они находят приют здесь. Если, конечно, руки у них, как говорят гномы, сами тянутся к кирке. Но, пожалуй, не стоит разговаривать здесь: зябко. Быть может, добрая хозяйка предложит пройти в дом или хотя бы в сарай? - почему-то Волку казалось, что сообщать о поручении лучше не при этих охранниках. Мало ли, что за вопросы может задать эта "вдовушка". Впрочем, на случай, если она остережётся так говорить с незнакомым, он добавил, - Не волнуйтесь, хозяйка, я знаком с законами гостеприимства, хоть и выгляжу оборванцем, что смутило вашего стража. До того, как попасть в бродяги, я был охотником. В силу многих обстоятельств... В общем, по ряду причин мне приходилось и деревья рубить, и кашеварить, и одёжу чинить. И живность лечить... - Волк с толикой ненависти оглядел бесившихся собак, - Надеюсь, я смогу доставить вам пользу, - теперь он смотрел прямо в глаза нанимательнице, свет слепил его не так сильно, как простых людей, а потому он мог разглядеть её.
__________________________________________________ _____

- Во-первых, молодой человек, - эльфка стала внезапно серьёзной, даже строгой, эта строгость ей совсем не шла и больше походила на злость, - Во-первых, молодой человек, вы в гостях! Извольте вести себя культурно, а не барабанить по столу! А во-вторых... - на миг показалось, что она выдохлась; продолжала она уже более спокойным голосом, почти тем, каким говорила с пареньком во время путешествия, - А во-вторых, всё, что тебе надо знать, тебе скажут на всеобщем... На вашем людском языке. - тут она снова сорвалась, только на крик, - И из того, что твои собратья плодятся, как кролики по весне и заселяют все земли, вытесняя нас, а порой и объявляя то отступниками, то злодеями... - опомнившись, она стиснула челюсти, до скрежета, а потом, через несколько мгновений борьбы с самой собой, закончила уже спокойно, но через силу, - Это не даёт тебе право кричать на меня. Ты хочешь убить дракона, да? Драконы для вас - жесточайшие из существ. А того не понимаете, что вы и есть эти драконы! Вы... И ни один человек не в силах победить дракона в себе... Даже лучшие из вас... Даже лучшие.. А наши драконы живут и умирают сами. Без вашей помощи...

Зеваки, между тем, почти разошлись: разглядев человека и уверившись, что люди и впрямь похожи на эльфов, только без ушей и глупее. Остались лишь немногие. Некоторые из них, конкретно, трое, подошли ближе. Это был мужчина, мальчик, помладше Тейда, и девочка.
- Приветствую, сестра! - взрослый длинноухий положил ладонь на сердце и селка поклонился.
- Тени Игдрасила тебе, брат, - автоматически ответила эльфийка.
- Долго же тебя не было... Да тебя здесь и не ждали.
- Знаю, - девушка опустила глаза.
- Представишь нам нашего гостя?
- Он сам может представиться... Он же хозяин своего слова...
- Приветсвую тебя, человек. Я - Изельхар, этот достойный воин - мой сын, Илюмион, а эта охотница - моя дочь, Астарея. Как нам называть тебя, гость?

П.С. Какая лисья хитрость... И боевая смекалка.
П.П.С.

[Mimoxod]

П.С. Пока Джинни не видит, будем "воевать" дальше

- А он возьми, да и сядь мимо стула... - вокруг костра буквально разорвалась тишина: её жадно поедал смех, здоровый смех людей, тигров и магов, которым было уже нечего терять.
- Ну, он никогда не отличался умом, - выкрикнул кто-то.
- Ага, а что ж тогда ты к его дочке всё ходил?
- Так думал, что она в отца пошла. А она, дура, шибко умна оказалась...
Снова раздался смех, в котором потонули крики возмущения, наигранного, впрочем.
- Хватит языками чесать, - крикнул один из офицеров, - К нам гости...
И впрямь, за спиной офицера стоял человек в весьма пышном костюме, покрытом пылью от кончика петушиного пера, украшавшего берет, до кончиков щегольского вида сапог. Он осматривал лагерь, в центре которого оказался, с явным презрением. Когда офицер подвёл его к солдатам, гость приосанился и заговорил.
- Что же вы делаете, сограждане? - громко заговорил, едва ли не закричал, он, - Неужели вы забили о ваших клятвах? Вы же клялись служить вашему народу, защищать земли, которые обороняли ваши отцы! А вы что делаете? Вы разорвали, аки бешеные псы, бедных посланцев, вы не подчиняетесь воли ваших же глав. Вы близки к тому, чтобы предать всё, во что вы верите... Братья, ведь вы мне, как браться, отступите от своих тёмных мыслей, примите ваших друзей, войдите под крыло власти, настоящей власти. Вернитесь к правде...

- Вот же ж.... собака, - тигр скалился, но в толпе это было незаметно.
- Остынь, остынь... - шикал на него один из сослуживцев.
- Заткни свою пасть, - отвечал тигр, - Я имею право сказать!
- Стой... Стой! - тигра пытались остановить, но он упорно пробирался через толпу. Кликуша был слишком увлечён своей речью. Он как раз переходил к самым главным словам - призывам к объединению и покорению новой власти - "власти правды и спокойствия". Не успел...

- Эй, ты, - тигр окликнул его.
- Что тебе надо... тигр? - кликуша хотел уже назвать его, как было принято в столице, блохастым или просто шлаком (это слово маги узнали от низкорослых народов с гор и из шахт, там они так отзывались о каких-то камнях, которые откидывали в сторону, в выгребные ямы, не особенно разбираясь, маги стали использовать его для чернения своих противников, в том числе так чернили и род зверолюдей - "самых отвратительных из созданий", не способных даже к элементарной магии, а значит живых существ второго сорта, годных лишь для служения Истинным).
- Я хотел спросить, а правда, что твои хозяева в столице и на всех подвластных им территориях создают отряды для уничтожения всех, кто не относится к, так называемым, Истинным?
- Ты ошибаешься, на самом деле всё иначе. Эти грязные пасквили и слухи распространяют наши противники, и твои противники, тигр. Злые силы... - снова начал расходиться он.
- Заткни свою пасть, я ещё не закончил! - зарычал тигр, заглушая речь крикуши, как сильный ветер задувает лучинку, потом он добавил уже тише, - То есть, ты и твои хозяева никогда не помышляли о том, чтобы очистить от нас ваш мир, переселив в шахты?
- Нет, тигр, ты ошибаешься.
- Ошибаюсь я и в том, что...
- Ты во всём ошибаешься, тигр! - с холодной вежливостью ответил кликуша, а потом прибавил, только уже не вслух, а почти мысленно, - Ты ошибаешься ещё и в том, что посмел притащить свою грязную шкуру сюда! Радуйся, если весь твой род сдохнет в войне, а то ты умрёшь от голода на севере или от болезней на юге. Мы очистим от вас мир...
- Как ты смеешь, тварь! - зарычал тигр, его в последнее мгновение перехватили и прижали к земле.
- Я понимаю тебя, брат, - добавил кликуша уже вслух, убедившись, что его добавления никто ещё не услышал (передача мыслей не была особенно любима магами из-за неумения с ней обращаться), - Горе застило тебе глаза, ты потерял надежду, но она вернётся! Взойдёт, как солнце, прогоняющее тьму, когда мы прогоним неприятеля! Когда его солдаты уйдут прочь с нашей земли. Тогда, и только тогда ваши предки, ваши отцы и матери, ваши дети - все смогут сказать: "Мы гордимся вами!". Так ли я говорю, братцы? - на этом месте оратор пустил слезу (любимый приём не только этого кликуши).
С минуту над огромным скоплением солдат была тишина, а потом... Потом её разорвали крики, слившиеся в один: "Да здравствует Совет 7-ми...".
Мужчина удовлетворённо улыбнулся. Он опять смог переломить ситуацию в свою пользу. Всего-то и делов: лесть, немного вранья и побольше громких, но пустых, как громыхающая бочка, слов...

- Он сказал это! Неужели, никто не слышал? - тигр обхватив лапали полосатую голову, - Не могло же мне почудится.
- Да не говорил он ничего такого! Тигр, ты просто сбрендил! - ляпнул кто-то.
- Цыц! Тигр, он правда ничего такого не говорил.
- Но я слышал... Слышал!
- Послушай, я изучал ваш народ в Академии, у вас... Слишком внушаемое сознание. И слишком сильно развита рефлексия...
- Проще, умоляю, проще! - просил тигр, стискивая голову, словно она грозила разлететься на куски.
- Да сумашедший ты, тигр, - ляпнул ещё какой-то зубоскал.
- Заткни пасть! - рявкнул маг, а потом снова обратился к тигру, - Ваши мысли часто становятся вашими кошмарами. Наверное, ты просто хотел это услышать, тебе показалось.
- Не показалось...
- В любом случае, они ничего не смогут сделать здесь.
- Мне плевать, что будет здесь, мы и так каждый день, да и ночь тоже, на грани жизни и смерти. Что будет у нас за спинами?
- Они не посмеют, тигр. Поверь мне... - но маг и сам себе не верил...
________________________________________

По столице, между тем, ходили довольные жизнью люди. Всё население, не способное к магии, было подчинено чарам магов, организовавших особый отдел "по устранению беспорядков". "Обработанные" ими люди направлялись на работы в ближайшие шахты по добыче золота, а те, кто не мог там трудиться, отправлялись на обслуживающие профессии. Туда же, к слову, шли и все лица женского и мужского пола, прошедшие через фильтр специальных комиссий. Что ни говори, маги никогда не были чужды любви к прекрасному.
На столе у лидера нового Совета 7-ми лежали планы проектов послевоенного устройства государства. Чего там только не было... Прекрасномыслящие маги хотели реформировать всё, все сферы от производства до чувств и потребностей Истинных и прочих. Внедрение магии во все сферы деятельности было воистину масштабным: ремесло получило бы огромный толчок в развитии за счёт новых, выведенных алхимическим путём, материалов. Производство многих вещей, стоивших ранее жизни производящим (в примере плана говорилось, в частности, о стеклодувах и литейщиках), стало бы в разы безопаснее за счёт внедрения того же особого магического огня.
Проекты эти сулили отсутствие голода, смерть жажде, власть над природой. Они сулили лёгкую жизнь. Цена этому чуду была невелика - присяга и маленькая клятва. На языке магов она называлась "кровной связью". Суть была простейшей, как варёное яйцо: каждый, кто произносил её строки в определённой последовательности, скреплял свой разум с разумом второго, его слушающего. Причём, разум второго был в этой связке главенствующим. Эта связь не ощущалась до того момента, как главенствующий не отдавал прямой и чёткий мысленный приказ. Это могла быть или линия поведения, или образ мыслей. Прямого приказа, например, разорвать краюху хлеба на двое, одну бросить в озеро, а другую - псу, главенствующий дать не мог. Но мог он создать такой ход мыслей в уме принесшего клятву, что тот верил в то, что это его собственные мысли. Весьма изощрённое и сложное колдовство, но надёжное, как добрый конь. Оно было ещё более надёжным, учитывая, что силу его можно было перенести в какой-либо предмет и тем самым менять владельца и "хозяина". В этом случае, маги так и поступили: жители присягали не совету, а знаку: треугольнику, вписанному в круг. Этот знак был символом власти и олицетворением единства трёх народов. А знак этот носил на груди новый лидер Совета 7-ми - Алексадро де Мортисон, человек, которого сама судьба вытащила из бедности и привела к власти.
Присяга была назначена через два дня. В том числе и в армии...
__________________________________________-

- Что? Что я слышу? Эти твари думают, что смогут откупиться золотом? Они надеются выкупить свои жизни горсткой кругляшков?
- Простите, король, но мы собираемсмя заплатить немалую сумму! - посол от Совета 7-ми, стоя перед королём в палатке, игравшей роль штаба, настаивал на своём, - Строго говоря, на это золото можно купить всё ваше королевство.
- На эти жалкие гроши я не сумею выкупить у Защитника душу сына! Моё королевство обезглавлено такими шелудивыми псами, как ты!
- Король, прошу вас соблюдать этикет... Я всё же посол и...
Король схватился за горло, ему не здоровилось уже пару дней. Его лечащий врач утверждал, что это всё от нервов.
- Стража! - на крик вошёл один из "псов ордена", по странному стечению обстоятельств, непонятному для королевской гвардии, именно их король к себе приблизил в последние дни, - А, это ты, даже лучше. Покажи этому глупцу, как у нас разбираются с ворами и убийцами, - с этими словами король кинул ему моток верёвки.
- Вы не сделаете этого... - уверенно произнёс посол.
- Я был прав, что не верил магам: из вас выходят дурные предсказатели. Вперёд! - крикнул он... а потом упал на пол и забился в конвульсиях. Изо рта выступила пена, король хрипел... А потом затих.
- Что это было? Он же... Он же отравлен, - изумился посол.
- Это было твоё помилование, - ответил "пёс", потом он, как хозяин, подошёл к трону, отпихнул короля, поднял бумагу с перемирием, прочёл, - Хм, ну что ж, мы согласны заключить мир, если вы увеличите сумму вдвое.
- Вдвое? Но там же столько золота, что...
- Да, да, я слышал, его хватит, чтобы выкупить всё наше королевство. Но оно попадёт к нам в руки в любом случае: ваша армия слаба, а у нас силы много. Хватит. Ну так что, согласен спасти, в том числе, и свою жизнь?
- Не сразу, хотя бы с рассрочкой в год.
- Хорошо.
- Согласен...
Так, за день до новой коронации, и был подписан мир. Маги купили свою свободу, отдав все захваченные территории соседу. На следующий день юная принцесса взяла в мужья молодого человека, которому было суждено стать последним мужчиной в династии, правившей королевством сотни лет. Мир, пришедший так неожиданно, застал армии в очередной стычке. Никакого братания не произошло. Они просто разбрелись по своим лагерям, намереваясь отдохнуть. Всех воинов по обе стороны ждала новая присяга: новому королю - с одной, новой власти - с другой.
______________________________________________

- Я клянусь всем, что мне дорого, что буду служить всему, во что верю. Во имя союза трёх народов! - тихо повторил за многими тигр. Он сейчас был готов присягнуть всякому, лишь бы покинуть лагерь и вернуться... Вернуться и искать, найти...

[ksana101090]

П.С. Фантазия и идеи потерялись где-то среди температуры и бреда попробую что-нибудь сообразить

[ksana101090]

Армия Северян стремительно приближалась к Альтее - столице Южного континента. До достижения цели оставалось день-два пути.
Весть о том, что у главнокомандующего появился Кинжал Судьбы быстро распространилась среди солдат. Многие из них хотели владеть подобным "ножичком", но никто не решался предпринять какие-либо попытки против Винсента, ибо не знали, на что он сейчас способен. Так же пробежал слушок о том, что их молодого лидера уже негласно назвали новым королем Северного континента. Ряды пополнялись Южанами, уверенными в правоте и силе Севера.
Воодушевленные этими новостями, своей многочисленностью и заранее уверенные в победе, вояки продолжали следовать намеченному пути.
_________

Шая гордо вошла в госпиталь и замерла над Киром, смотря на него с толикой презрения. Она ни за что бы не стала делать того, что собиралась, но предложенная цена была слишком соблазнительна. В мыслях промелькнул разговор, произошедший несколько минут назад.

- И почему я должна это делать? Почему тебя так волнует жизнь этого недоящера? - поинтересовалось отражение сидя в кресле и пренебрежительно наблюдая за тем, как Филида нервно заламывала руки.
- Он твой муж и мой друг...
- Не мой, а Лайзы. Если бы меня не запихнули в темноту, а оставили на своём месте, то я бы ни за что не обратила внимание на подобное нелепое создание. Цена?
Шая с интересом наблюдала за многообразием эмоций мелькавших на лице валькирии. И довольно улыбнулась, заметив как у той опустились руки.
- Ну?
- Моя преданность... - выдавила Филида.

Шая поморщилась, словно уловила какой-то отвратительный запах. Вздохнув "отражение" сделало то, зачем и явилась в это жуткое место, переполненное больными.
- Аener's...
Как это обычно и бывало, лечение не заняло много времени. Удостоверившись, что все сделано на совесть, лже-правительница, поспешила уйти до того, как Кир очнется или вернется сумасшедшая изобретательница.
_________

Хел нервно оглянулась и вздохнула.
- Продолжим наш разговор в другой раз. - произнесла она, делая взмах крыльями и направилась в сторону моста.

Преодолев массивные двери заброшенного и забытого всеми Храма, взору открылась свободная мраморная зала. Резные колонны, поддерживающие тяжелый узорный потолок - заросли плющом. Тут и там на стенах виднелся мох и паутина, пол покрывал вековой слой пыли. Шаги гулким эхом разносились по пустому пространству. Единственное, что тут находилось - небольшой алтарь с лежавшим на нем кинжалом и зеркало в несколько раз больше человеческого роста.
Юри мельком глянула на застывшего над артефактом Нао - змей, со своими темными помыслами, явно не мог к нему прикоснуться.
Девушка подошла ближе к гладкому стеклу и замерла, с грустью смотря на отражавшуюся в Зеркале Истины душу. Постояв так некоторое время и тихо возненавидев свою жизнь (хотя, это скорее можно было назвать существованием), Хел направилась к алтарю и дотронулась до кинжала.
Храм дрогнул - сила, скрывавшая его от посторонних глаз столь долгое время, исчезла. Следы заброшенности пропали, словно их и не было. Гора растворялась, превращаясь в туман, прорезаемый солнечными лучами. Святое место, Храм Сердца, снова начал свое существование и гостеприимно распахнул двери жителям Альбиона.
- Нам пора. - прошипел Нао. Хел кивнула и, бросив грустный взгляд в сторону моста, исчезла вместе с напарником.
_________

Райдер сидел в полном одиночестве, глядя на огонь. Львица с кошкой-служанкой снова куда-то ушли, да он и не интересовался куда. С ним не особо-то разговаривали в последние недели, так, несколько ничего не значащих фраз и все. Раны давно затянулись, но львица не отпускала его, по одной ей известной причине. Вот так, день за днем, старый вояка проводил в тишине и скуке - работы ему не поручали сколько бы не просил, а покинуть шатер предсказательницы сам не решался, дабы не сталкиваться с её народом. Хотя прекрасно понимал, что рано или поздно выйти всё же придется. Нельзя же провести тут остаток своей жизни...

[Mimoxod]

- Защщщем он тебе?
- Ты прекрасно знаешь, зачем! - шипела львица, глядя в зеркало, впрочем, сейчас это зеркалом не было: отражение походило на львицу внешне, но само двигалось и разговаривало.
- Шшшшш! Я прибью тебя, как только выберушшшь! - рявкнуло отражение.
- Благодаря мне, ты ещё жив. Не забывай это!
- Иш-ша тебя я здещщщь, и ты хошэшшшь, шобы я был благощаарен тебе?
- Посмотри, на кого я похожа! Я живу лишь вполовину сил, время берёт с меня двойную плату, смерть прибудет ко мне вдвое раньше. Это, по-твоему, ничего не стоит, да?
- Я пшедрагал тебе выпуштить меня.
- Я помню. Но тебе нужно тело...
- Кошшшшка, твоя кошшшшка уже вшрошлая! Она смошет дать мне доштатошно шил...
- Нет, не может... Я нашла лучшую замену.
- Ты лшешь! Эта девшонка рошдена в день, когда я был ишгнан! Луше её нет!
- Есть... Есть человек, рождённый в день змея, в год крови. Он здесь...
- Шшшшшш... Ну что шшш, хорошшшшо. Я подошшшду ещё... - зеркало на минутку померкло, а потом вернулось к обычному состоянию: только львица, одна на один со своим отражением.

Старая львица утирала пот. Ей было жарко в пледе. И без пледа, тоже. Уже третий день её мучил жар. Видимо, лихорадка. Покрасневшими глазами она смотрела на то, как кошка ухаживала за больным. Полная жизни, добрая... Совсем не такая, какой она взяла её девятнадцать лет назад. Совсем ещё годовалого котёнка...
Львица прикрыла глаза. В памяти пронеслось, как она пришла в деревню рыбаков, потому, что её вёл камень, изящный, но малоценный камень, подаренный любимым. Она была ещё совсем юной, глупой... Она не понимала, что делала: помнила лишь, как сожгла дом и обратила в камень мать этой малышки. Отца не было дома, тогда, а дело было зимой, рыбачий промысел был не особенно выгоден - многие рыбаки подавались в города. Отец этой малышки тоже туда ушёл. К его счастью... Никто не вспомнил о её приходе: всех больше занимала гибель соседей...
С тех пор прошло девятнадцать лет. Кроха превратилась в девушку. И чем старше становилась львица, тем больше она привязывалась к этой "глупой девчонке". Она хотела убить её сразу, высвободить господина... Но он хотел больше силы.
Время - самая большая сила на свете: она притупляет всё: боль, силу мышц, крепость камней и стали, обещания... И, что самое важное, глупость. У львицы теперь глупости было немного. Она понимала, что творила, но узы клятвы было проще создать, чем разрушить. Она научилась врать господину, но... Связанная с ним кровью, она поддерживала его жизнь...
Она пыталась не думать об этом, пыталась быть грубой с кошкой. Била её... Но она всё сносила и лишь иногда, украдкой плакала по ночам. Вода всё притупляет и всё точит... Львица не хотела признавать, но пакт выполнить уже не смогла бы ни при каком случае.
Про человека она тоже соврала... Осталась лишь пара дней. Через пару дней лихорадка окончательно её добьёт, а с ней и господина. Главное, чтобы никто не помог...

- Эй, оборванка, - львица позвала кошку.
- Да, госпожа.
- Иди, принеси воды. Скажи человеку, чтобы он умылся. А потом идите есть.
- А вы, госпожа?
- Я что сказала?!
- Простите госпожа, - кошка прижала ушки и через мгновение уже бежала прочь, к воде.

Ни бог, ни дракон преисподней... Просто старый дух, алчный, мелкий. Даже странно, как он смог найти хоть кого-то, кто согласился поклоняться ему... Впрочем, почему странно? Он обещал пророческий дар, очень редкий для львиц... Его освобождение не привело бы ни к чему: любой вояка прибил бы его одним ударом, но... Всегда есть ужасное "но"...

Кошка внесла в шатёр немалую бадью с водой.
- Моя госпожа велела вам умыться и идти со мной, - отдуваясь произнесла она, поставив бадью перед воином, сказав всё это, она утёрла пот и присела на подушку, ожидая, пока человек выполнит приказ львицы...

[GeanAmiraku]

ПС: Джинни ответит на пост завтра вечером. Джинни хоронила свою крыску : (

[ksana101090]

П.С. сочувствую(