Клан Genesis (Орион)

[VolNaMi]

Добрый вечер,

Уважаемый sakomoto, перечисленные персонажи мне не знакомы, а клан с Миры никакого отношения к нам не имеет.
А в баню я хожу только с прекрасными гуриями или пери...

Время вечерней сказки...

Много лет назад епископ с восточного побережья Соединённых Штатов Америки посетил небольшой религиозный колледж на западном берегу. Его поселили в доме президента колледжа — прогрессивного молодого человека, профессора физических и химических наук.

Однажды президент пригласил членов кафедры пообедать с епископом, чтобы они смогли насладиться обществом мудрого, опытного человека. После обеда разговор коснулся Золотого века человечества. Епископ сказал, что он наступит совсем скоро. В качестве доказательства он привёл тот факт, что в природе уже всё было изучено и все возможные открытия сделаны.

Президент вежливо возразил. По его мнению, человечество, напротив, стояло на пороге величайших открытий. Епископ попросил президента назвать хотя бы одно. Президент ответил, что по его расчётам в течение ближайших пятидесяти лет люди научатся летать.

Это сильно рассмешило епископа.

— Ерунда, дорогой вы мой, — воскликнул он,— если бы Богу было угодно, чтобы мы летали, он дал бы нам крылья. Небо было отдано только птицам и ангелам.

Фамилия епископа была Райт. У него было два сына. Одного звали Орвилл, а другого Уилбер — именно они изобрели первый аэроплан.

© Энтони де Мелло "Когда Бог смеётся"

[colapso]

Спокойной ночи. Мир не без чудес и интересных совпадений...

[VolNaMi]

Утро доброе,

Ищем и привлекаем в клан..... Есть вакантные места офицеров (майоры и капитаны), не назначал, но с ростом клана нужно заполнять пустующие должности....

В одном царстве долго не знали войн. А где не бывает войн, там расцветает искусство. Создают его мастера, а их в этом царстве было немало. Где много мастеров там нередки споры. А где бесконечны споры, там нужен судья. Судьёй был человек по имени Пул-Пуги. Народ, обычно не любивший таскаться по судам, охотно шёл к нему. Причина была простая: судья был человеком строгим, но справедливым.
Однажды мастера-художники пришли к Пулу-Пуги с просьбой рассудить их затянувшийся спор, чья картина достойна потомков. Решить этот спор было тем более трудно, что каждый из мастеров искренне считал своё творение самим совершенством. Призадумался судья. Мастера молча ждали. Сказал им Пул-Пуги:
- На создание картин вам требовалось время. Чтобы постичь созданное вами, тоже нужно время - у судьи мнение должно быть одно. Поэтому мне, чтобы решить этот спор, нужно три года.
Согласились мастера и разошлись по своим делам. С нетерпением ждали. Когда три долгих года, наконец, прошли, Пул-Пуги велел выставить на площади плоды трудов художников. Собрался народ. Каждый из мастеров тайно любовался своим творением, как мать ребёнком, не замечая его недостатков. А люди не могли глаз отвести от картин: всякая из них хороша по-своему…
- Позовите палача по имени Век! - твёрдо велел судья.
Палач явился на площадь и встал перед Пул-Пуги:
- Уничтожь все картины!
Ураганом налетел палач на холсты. Никто и глазом моргнуть не успел, а картины уже превратились в груды мусора. Только одна уцелела. Палач тоже был мастером своего дела, и то, что картина не погибла, поразило его. Со свирепой решимостью бросился на неё Век. Поднял свой всесокрушающий меч. Народ замер. Поднять меч Век поднял, а опустить - не смог. Картина была сильнее меча! Картина была сильнее палача!
- Сильных испытывают огнём! - сказал судья и сам поджёг.
Когда дым рассеялся и пепел осел, народ увидел: картина жива!..
- Вот лучшая из лучших! - сказал судья.
Мастера, придя в себя, бросились на Пул-Пуги. Тот сказал:
- Повесить меня вы всегда успеете. Не полезнее ли узнать, почему погибли картины и почему осталась одна?
Самые рассудительные согласились с ним.
- Любая из картин, погибших сегодня, могла бы с успехом служить людям. Но мы выбрали лучшую из лучших! В картине, которую не взял ни меч Века, ни жар огня, собрано самое главное, что понемногу рассеяно во всех остальных. Я поступил жестоко с десятками мастеров, чтобы сберечь в будущем время десяткам тысяч людей - вашим детям, внукам. Обогатясь наследием предков, они успеют творить ещё и своё! Я считаю, что поступил честно и по-другому поступить не мог. А теперь назначьте мне казнь, достойную моей вины.

[colapso]

Ай-ай! Негоже сидеть на второй странице!

[VolNaMi]

Утро доброе...

Нам ап, ищем игроков - будем рады новым собеседникам.

Наткнулся на интересную притчу - рекомендую подумать над ней.
Однажды раввин Нафтали и его жена Ребекка копались в огороде. Вдруг лопата раввина на что-то наткнулась, и он достал из-под земли старинную, запечатанную сургучом бутылку. Он её открыл, и оттуда выскочил джин.
— О, Нафтали! — воскликнул джин. — Как я тебе благодарен! 1000 лет я провёл в этой проклятой бутылке и дал себе слово: тому, кто меня из неё выпустит, я буду служить до скончания его дней! Проси, что хочешь!
— Полезай назад в бутылку, — ответил ему раввин.
Джин повиновался.
Нафтали крепко запечатал бутылку, привязал к ней камень, пошёл на берег моря и швырнул бутылку с джином как можно дальше, так, чтобы её невозможно было найти.
— Ты что?! — набросилась на него жена. — Зачем ты это сделал? Этот джин мог бы исполнить все наши желания!
— Во-первых, — ответил ей раввин, — что это за джин, который за 1000 лет даже не в состоянии выбраться из бутылки? Во-вторых, он пообещал мне служить до скончания моих дней. А вдруг через какое-то время ему покажется, что мои дни тянуться слишком долго? И в третьих, и это самое главное — он не представился.

[colapso]

Скопипастил себе) Возвращаем топик на первую страничку!

[Howea]

Мне тож притча весьма понравилась.)))
Доброе утро. Что-то сама ничего не найду, придётся просто рассказать о себе)

Будни синеглазой жрицы

Жрица уныло оглядела себя. Свой вид ей явно не нравился. Синий цвет ей был к лицу, но чего-то явно не хватало. Она задумчиво посмотрела в зеркало: На неё смотрело в меру умное, в меру красивое (без излишней кавайности), лицо. Синий ободок оттенял ярко синие задумчивые глаза. Не хватало лёгкой контрастности. Ожерелье из разноцветных нефритов было бы явно ей к лицу, и подчеркнуло бы её красоту.
Золотистые крылышки легко вынесли жрицу из её небольшого домика. Легкокрылое создание заскользило в воздухе, облетая друзей и сокланов. К её удивлению никто не горел желанием помочь ей в нелёгком деле по добыче украшений на её прекрасную шейку. В раздражении топнув ножкой и нахмурив брови, жрица расправила крылышки и полетела на север. В воздухе закружились снежинки, зелени сначала стало меньше, потом она пропала. Белоснежные волки тоскливо завывали на луну. Им вторили унылые звуки, издаваемые странного вида бездушными.
Ну, вот и заваленный вход в разрушенный замок. Кто тут жил неизвестно. Ходило множество легенд о прекрасном королевстве, могучих войнах и злодейских красавицах, живущих тут в старинные времена. Говорят их погубило предательство и нерешительность королей, а так же равнодушие аристократии. Говорят, боги покарали их за это, разрушив их столицу и превратив их в страшных монстров, теперь бесцельно бродящих по некогда великолепным залам. Именно эти монстры где-то в руинах находили осколки украшений и бесцельно носили с собой.
Пришлось пробираться через завалы. Забравшись в зал, жрица критически оглядела себя: фи, волосы растрепались, и на ноге была страшная царапина. Прямо на самом видном месте. Жрица поморщилась, но к помощи богов взывать не стала. Почему-то ей казалось, что это не последняя царапина, что она получит в этом месте. Ну а растрёпанные волосы: Она тяжело вздохнула. Никто ведь их не увидит.
Она огляделась. Было неуютно. Обшарпанные стены и тяжёлые дубовые двери, призванные защитить то ли случайных посетителей от монстров, то ли монстров от охотников за сокровищами. Но однажды кто-то заметил, что один раз в день ворота открываются буквально на пару минут, позволяя проникнуть внутрь. Скорее всего это было сделано на случай, если создателям этих ворот потребуется войти внутрь. В углах пещерки громоздился мусор, валялся кем-то забытый ржавый котелок. Жрица закрыла глаза и обратила свой внутренний взор наружу. Судя по солнцу, ворота должны были вскоре открыться. Пора было проверить снаряжение. Точнее амулеты и кольца. В руке жрицы был страшненького вида меч, но он был даже не заточен. Подобные мечи использовались для направления и усиления внутренней энергии существ. Тоненький браслетик на правой руке жрицы создавал невидимый щит, ослабляющий удары, наносимые монстрами, а заколка в волосах усиливала магическую энергию синеглазой красавицы. Жрица провела рукой по перышкам, росшим за ушками. Перышки служили мистическими проводниками между миром богов и сидов. Но самыми важными были два амулетика, болтающиеся на шее. Купленные в храме Оранжевого Солнца они были наполнены молитвами мадинов, и позволяли эти молитвы использовать на восстановление энергии и заживление полученных ран. Короче все было в порядке.
Ворота открылись почти беззвучно. Она чуть было не пропустила этот момент. Но, хвала богам, этого не случилось. И вот она внутри. Широкий пандус вел наверх к, как оказалось, ещё одним запертым воротам. У ворот стояла нереально неподвижная фигура. Жрица осторожно подошла ближе. Тонкая, похожая на женскую, фигура, одетая в некогда красное, но сейчас изодранное, платье стояло совершенно неподвижно. Жрица подошла чуть ближе, пытаясь рассмотреть бездушного. По слухам у них совсем не было глаз. Она подошла совсем близко. Внезапно существо резко подняло голову и посмотрело на Ховею. Взор существа был совершенно бессмысленным, как будто глянула статуя. Существо кукольно наклонило голову набок, натянуто улыбнулось и резко подняло вверх руки, концентрируя в ладонях тёмную энергию. От неожиданности жрица сама остолбенела. В чувство её привёл сгусток энергии, пребольно ударивший сидку в бок. По её телу пробежали разряды, вызывая боль во всём теле. О боги. Усилием воли жрица приказала тонким призрачным струйкам своей энергии собираться в одну точку, концентрироваться, превращаться из невидимого в видимое. Воздух вокруг её тела слегка уплотнился, потом рассыпался на кусочки, изменил свойства, превратился в нечто иное. Она резко раскинула руки и взглянула на монстра. Послушные её взгляду сотня стальных заострённых пёрышков устремились к бездушному, рвя на куски его тело. Мгновение простояв, мертвое существо мешком свалилось к ногам прекрасной жрицы. Та осторожно потыкала труп туфелькой. Тело не шевелилось. Прижав руки к груди жрица ещё раз собрала свои магические силы. Тёплый призрачный ветерок обвил её, залечивая её все раны. Но потраченные силы пришлось восполнять отнюдь не безграничными молитвами мадинов.
Ховея оглянулась назад. Ворота, через которые она вошла, были заперты. Впереди тоже. В раздражении жрица пнула ни в чём неповинный труп ещё раз и как следует. И болезненно поморщилась, ушибив палец. Затем внимательнее посмотрела на труп и принялась его обыскивать. Боги были на ёё стороне. В кармашке грязного платья, сидка брезгливо морщилась, обыскивая неопрятного бездушного, нашёлся ключ и один осколочек нефрита.
Открыв ворота, жрица мышкой проскользнула внутрь. И перевела дух. Монстры бродили где-то там далеко. А вот интерьер её разочаровал: Всё те же серые обшарпанные стены, и битая плитка на полу.
Крадучись, и прячась за углами и поворотами, Ховея подобралась как можно ближе к одному из бездушных. С первого взгляда казалось, что это изящная девушка, покачивая бёдрами, прогуливается по коридору. Не считая того, что на девушке не было никакой одежды. Судя по хвосту и ушкам когда-то это существо было друидом.
Жрица прикрыла глаза и представила, как по её телу течёт энергия. Сделала её послушной, подчинила себе. По её телу затрепетали синенькие разряды, пробежали от сердца к рукам, слились и вонзились в бездушного монстра. Тот, однако, успел пробежать несколько шагов, прежде чем смертельная энергия добралась до его пустого мозга. Труп упал почти к ногам Ховеи. О, радость. В волосах монстра поблёскивала заколка с вожделенным нефритом.
Следующие пару часов жрица занималась тем, что осторожно подкрадывалась к монстрам и убивала их. Иногда они успевали нанести несколько ударов бесстрашной красавице, прежде чем умереть. Но молитвы святых ещё не кончились в амулетах на шее жрицы.
Потеряв осторожность от того, что её добыча была слабее и не могла оказать достойного сопротивления, жрица неосторожно, не заглянув внутренним взором что внутри (или просто не взглянув хотя бы за дверь), вошла в подвальное помещение. На неё смотрел огромный чешуйчатый раскормленный до поросячества динозавр. Смотрел пустыми, как у всех бездушных, огромными глазами. Взмолившись всем богам, что она знала, Ховея потянула всю свою энергию наружу, воздух вокруг неё заискрил, по стенам пробежали молнии и ударили в дракона. Но тварь была слишком сильна. Смертельно раненый, практически мёртвый бездушный нанёс жрице ужасный удар. Мир вокруг неё посерел и расплылся. Стены заброшенного замка расплылись как в тумане, и Ховея очутилась в своём домике. Совершенно измученная и лишённая всех своих сил. Боги в очередной раз даровали ей жизнь. Но надолго ли хватит их терпения?

[colapso]

Хови, молодчинка

[Howea]

угу. Ток всё одно умерла. Неее, я этого гада всё одно добью

[VolNaMi]

Ап ...

Конфуция очень беспокоил Лао-цзы и его учение. Однажды он отправился повидаться с ним. Он был старше Лао-цзы и ожидал, что тот будет вести себя с должным почтением. Но Лао-цзы сидел, когда Конфуций зашёл к нему. Он даже не поднялся для приветствия, не сказал: «Садитесь». Он вообще не обратил особого внимания. Конфуции рассвирепел: «Что это за Учитель?!» И спросил:
— Вы что, не признаёте правил хорошего тона? Лао-цзы ответил:
— Если вам хочется сесть, садитесь; если хочется стоять, стойте, Кто я такой, чтобы говорить вам об этом? Это ваша жизнь. Я не вмешиваюсь.
Конфуций был потрясён. Он пытался завести разговор о высшем человеке. Лао-цзы рассмеялся:
— Я никогда не видел что-либо «высшее» или «низшее». Человек есть человек, как дерево есть дерево. Все участвуют в одном и том же существовании. Нет никого, кто был бы выше или ниже. Всё это чушь и бессмыслица.