Рожденные в глубинах.(предистория амфибий вне конкурса)

[eloan]

На следующее утро мы, то есть – Лаура, Сунь и я, выехали из города Перьев по направлению означенного места силы. Прибраться, так сказать, к появлению старейшин. Пол подмести, проветрить, выгнать пару легионов тварей, тварюшек и тварин… и все такое.
Лошадки под нами мерно трюхали по размокшей после ночного дождя дороге, лениво уползали за спину кусты боярышника, а на моей шее качался придонный амулет, крепко уцепившись за нее, как за последнюю надежду, тонкой цепочкой.
Ночью, во сне, я опять был им…
Я хранил. Я храню. Я чую хранимых – они живут. Проходят, уходят, меняются, - живут. Я живу.
Потом была боль.
Я сломан, вырван. Хранимые далеко. Я умираю.
Один хранимый, совсем рядом.
Я нужен.
Я храню…

Когда я проснулся и резко сел на постели, стряхивая на колени амулет, невесть как оказавшийся на моей груди, прямо напротив сердца, он упал не сразу, будто прилип, или пророс под кожу шустрыми корешками с целью – понять, попробовать, оценить….
Я скосил глаза туда, где в такт качке ерзал по груди медальон амулета, все больше по левой ее стороне. Что-же он такое вообще? Не вещь, как я считал раньше. Разве можно считать вещью то, что обладает собственной волей, да еще тебя-же и старается охранить, даже при смерти? Нет, не вещь, но и не полноценная индивидуальность. Нечто среднее, с единственным определенным (не старейшинами-ли при его создании?) условием и целью существования. Надо будет спросить об этом Суня, вдруг, что вычитал в умной книге?
После полудня, когда город перьев виднелся за холмами большой, зеленой тучей, устроили привал. Наскоро перекусили, и сменили темп передвижения. Пускали коней галопом, потом рысью, потом шагом, потом пешком пять минут. Вдобавок Лаура, покосившись на зеленую тучу кроны города-дерева, буркнула себе под нос что-то вроде: «…уже достаточно далеко», и сотворила какие-то заковыристые чары. Сунь, с интересом наблюдавший за ней недоуменно вскинул брови, но промолчал. А туча-крона после тех чар, при неизменной скорости передвижения, стала удаляться, будто гонимая ветром…
Или это мы – гонимые?.. Все относительно в этом мире, знаете-ли.
Вечер застал нас уже в предгорьях.
Там-же нас застало утро, и ничего, (кроме ставшего уже привычным сна) не произошло.
Заставшее нас утро мы поприветствовали хмурыми взглядами, и завтраком из вчерашней каши, слежавшейся за ночь до состояния - «отрежьте от меня кусок».
Героическое начало дня, ничего не скажешь… Сунь, кажется, считал так-же; он пропихнул в себя две, много три, ложки, под внимательным взором Лауры, следящей чтобы была усвоена нужная порция питательных веществ, и остатки безвозмездно (то есть даром ) подарил, ошалевшим от такого счастья рыбам в ближайшем ручье. Как и я, впрочем.
Потом мы, молча и быстро заседлали коней, и вчерашний день стал сегодняшним, не спросив на это ничьего разрешения. Так-же бухали в пыль подковы; так-же бормотала себе поднос Лаура, творя колдовство, от которого понятие «скорость» становилось эфемерным и зыбким; так-же покачивалась в седле спина Суня.
Я тронул пятками свою буланую кобылку, вынуждая прибавить шаг, и догнал его. Меня интересовало, почему мы, ихтиоморфы, живущие, как оказалось на границе миров, и пересекающие эти границы как половичок в кухне, даже не замечаем того, что по всеобщему убеждению под силу лишь немногим магам.
- А с чего ты взял, что пересечение границы вообще должно быть заметно? – ответил вопросом на вопрос Сунь.
Я ответил в том плане, что: маги не могут, а мы, значит – можем? И еще: так, мир-же другой?!
- Маги… Маги свое дело сделали, обеспечив возможность и безопасность пересечения границы, - он покосился на придонный амулет. – А отдельно взятому индивиду – глубоко безразлично, в котором конкретно мире он (индивид) находится.
- Как так?.. – не понял я. – Поясни.
- Поясняю, - покладисто согласился он. – Мир вокруг меня складывается из ощущений полученных через чувства, но так как чувства у каждого свои собственные, то, строго говоря – я уже нахожусь в другом мире, нежели ты. Сейчас, например, я тебя вижу, и мое чувство зрения говорит мне что ты присутствуешь в моем мире. Имеешь место быть. Относительно.
Вот, как?! И где выражений таких набрался? «Имеешь место быть» - ну, надо же…Будто я не ихтиоморф, старший наследник семьи Арк, и, кстати, старинный приятель вот этого-вот… а, так, событие. Обидно даже. Да еще и, «относительное событие».
Кстати, а почему относительное?..

[eloan]

- Кстати, а почему относительное?..
- Потому, что абсолютов в мире – всего два. Это, я…
- Я?!
- Нет, Я!
- Понятно. Я.
Сунь кивнул, соглашаясь.
- А второй?
- Второй – отсутствие Я. Ноль. Небытие.
Я помолчал, поудобнее усаживаясь в седле, и спросил:
- По-твоему, ощущения и чувства – это единственное, что отделяет бытие от небытия, жизнь от смерти? А душа, там… Сознание?..
Мой пухлый друг, нахохлился в седле, и помрачнел, теребя ус:
- Душа? Никогда ее не видел. Помнишь, что рассказала вчера… нет, позавчера Лаура? Могу сказать распроабсолютнейше точно, что те, кто сотворил такое с той русалией – ощущали, чувствовали, и мыслили, но ты уверен, что у них было то, что принято называть душой? А сознание… Если убрать поочередно все чувства, то оставшееся наедине со своим «Я» сознание захочет-ли продолжать такое существование? Даже теряя часть своего мира (например родных, любимых) не чувствуя и не ощущая их присутствия в нем, груз жизни может стать непомерно тяжелым. Цель жизни - расплывчатой. Смысл – отсутствующим. – Сунь, наконец, оставил в покое ус, и выпрямился в седле. – Да. Считаю ощущения и чувства тем, что делает жизнь – жизнью.

[Alinari]

Ой сколько умных слов))так интересно,что дальше))