Проклятье дальних морей

[theGOOPIE]

Небольшой перекурчик и "перекофейчик", после чего продолжаю выкладывать...

Часть 2. Вольное сердце.
Глава 1. Словно лезвие…

Моя кровать была поставлена очень неудачно. Буквально первые лучи рассветного солнца так и норовили ослепить меня… Ночью было душно и я решил открыть окна, и, как видимо, зря. Но вскоре солнце скрылось за чередой тяжёлых туч, которые не предвещали ничего, кроме очередного шторма.
Я встал и направился разыскать что-либо съестное из запасов, что находились в этом домишке. Нашлась кукуруза и вяленое мясо. На корабле, конечно, меня кормят получше, но тут выбирать не приходится, пришлось есть то, что было. Запив всё кружкой воды (к сожалению, вина мне никто не предоставил), я отправился гулять. Вчера вечером Джерри сказал, что зайдёт за мной в полдень, а до него оставалось ещё не меньше пяти часов, которые я решил провести с пользой.
Маленькие домики и землянки больше напоминали чей-нибудь лагерь, но на самом деле это было постоянное пристанище пиратов. Лучшего они смастерить не могли. Нет, были здания, построенные на совесть: таверна, верфь, два магазина и ещё парочка конструкций, больше напоминающих отхожее место. К моему удивлению, на площади ютились несколько пальм, которые никак не решались срубить: приказ главного…
Ветер был силён, но дождь всё не начинался. А жаль, хотелось такого ливня, что бы до костей пробирал. На меня прохожие смотрели косо, мол дурак, что ли, дождь сейчас будет, а он шляется по улицам. Ну и ладно, пусть сидят по домам.
За городской стеной, в простонародье именуемой частоколом, стояло воистину огромное, в сравнении с остальными, здание. Пять этажей! Это роскошь в здешних местах. Конечно, на Большой Земле иногда встречались здания и повыше, но мне никогда не приходилось видеть столь высокие здания в этом архипелаге. Это был так называемый «Дом рабочих». На самом деле, рабочих никаких не было, остались лишь рабы, да и то они жили лишь на последних трёх этажах: первые два и подвал занимали складские помещения. В целом, довольно неплохая задумка, рядом же располагались небольшие бараки, в которых жили регулярные головорезы Белтропа, которые, в случае чего, могли усмирить некоторых особо буйных рабов.
И, конечно же, целые плантации тростника. Что из него делают – я думаю, объяснять не стоит, хотя для незнающих… Тростник для торговца или домохозяйки – это, в первую очередь, сахар. Для вояки или морского волка – ром, любимое пойло большинства населения в этом архипелаге. Даже в такую скверную погоду несколько рабов под присмотром надсмотрщика перетаскивали срубленный тростник в телегу, где их уже ждал ещё один невольник, готовый связать путами будущий товар. Одного пирата с хлыстом в руках и саблей на боку обычно хватает на то, что бы внушить страх рабам, дабы те не решились на бунт или на побег. Но, к сожалению или к счастью – это как посмотреть, я попал именно в такой момент. Чернокожие люди решили воспользоваться усмирённой бдительностью надзирателя Томпсона. В такую погоду каждый будет думать о том, что бы попасть поскорее домой и чего-нибудь выпить покрепче, а тут ему приходиться стеречь эту свору…
Один раб резко двинулся в сторону пирата, держа в руках полутораметровую жердь. Он нанёс сильный удар по голове охраннику, отчего тот, не успевший отреагировать, упал без чувств. Один их остальных рабов поспешно стал перерубать рабочим топориком верёвку, соединяющую всех невольников. Вот вам и бунт, а кто виноват? Или что? Быть может, ошибкой стало поведение охранника? Или, вероятно, виноват торговец рабами, что не сумел привить к своему «товару» чувство подчинения? А вдруг виновата сама природа, усмирившая надзирателя? О Всевышнем говорить и не хочется…
А что я мог сделать? Убить чужого раба – заполучить заклятого врага. А при попытке их задержать, меня могли ранить, или, чего доброго, вообще убить. Мне такого счастья не надо.
Я остался ненадолго посмотреть за происходящим действием. Шестеро рабов, собиравших тростник, не стали освобождать своих товарищей, томящихся в здании. Ещё бы, там ведь полно охраны, и она могла задержать беглецов. Чернокожие схватили своё рабочее снаряжение – два топорика, мотыгу, грабли, лопату, а шестой, тот, что вырубил охранника, взял его саблю. Новоиспечённая команда без задержки направилась в дикие джунгли. Зря, там полно всякой нехорошей живности, что могла их просто-напросто разорвать. Ещё одна угроза – туземцы. Их часто можно встретить даже на густозаселённых колониях, но лишь в неосвоенных территориях, таких, как джунгли, дикие бухты, горы. Впрочем, тут гор и бухт практически не наблюдалось, так что коренное население вполне могло и проживать в лесу.
Ну вот, я же говорил… Ну, почти так и сказал. Угроза появилась из леса. Оттуда как раз выходили два десятка пиратов, ходивших на охоту на диких зверей. И, к слову, вовремя вернулись. Они не стали раздумывать – рабы бегут в сторону джунглей, надзиратель лежит без сознания, а то и вовсе убит, в общем, рабов повязали буквально в считанные секунды. Что их теперь ожидает – страшно представить: избиения, мор…
А плевать я на всё это хотел. Первые капли дождя упали на мою голову и через несколько секунд мощный тропический ливень вымочил меня с ног до головы. Приятная прохлада, надо сказать.
На улицах не осталось никого. И это хорошо, мне хотелось побыть одному. Приятно осознавать, что ты единственный, даже в таком нехитром деле, как прогулка под страшным ливнем. Но, всё же, долго мокнуть нежелательно, и я направился домой, где меня ждал горячий чай и свежие булочки.
Однако, расслабиться надолго мне не удалось. В дверь настойчиво постучали и я поспешно направился её открывать. На пороге оказался мой казначей, промокший до нитки под ливнем.
- Капитан, - отдышавшись сказал Адам, - спрячьте меня, прошу, скорее!
И, не дождавшись моего ответа, вломился в дом, оставив меня с ошалевшими глазами закрывать дверь. Как только я подошёл к Адаму, который уже успел снять свой мокрый пиджак и бросить его на мою кровать, в дверь снова постучали, и ещё более настойчиво, чем это сделал мой казначей. Адам заметался и выбрал в качестве убежища шкаф.
За дверью стояла полная пышногрудая дама. Ну просто мечта Рубенса, только лицо омрачает картину: взъерошенная, явно не успевшая навести утренний макияж и ужасно злая на вид. Она открыла рот, дабы высказать мне нечто ужасное…
- Где этот подлец?!
- Простите, мадам, - робко ответил я, - о ком вы говорите?
- О Роджере Жульене, капитане той лоханки «Принципио», что стоит в нашей гавани, о ком же ещё?! Я видела, что он вошёл сюда, и не врите мне!
Моё удивление переросло в злобу. Адам не только солгал даме насчёт своего имени, но так же и сказал её, что он капитан моей, пардон, лоханки! Мне захотелось проучить наглеца, но я передумал. Мало ли, быть может так было надо? Стоит сначала переговорить с моим казначеем, и только потом выносить вердикт…
- Мадам, - решил я тоже солгать, - капитан покинул этот дом через чёрный вход буквально минуту назад. Если поторопитесь – вы его догоните, он собирался бежать в лес…
- Не-ет, - ехидно прищурилась женщина, - вы мне лжёте. Я была в этом доме не один раз до вашего сюда приезда и точно знаю, что нет здесь никакого чёрного выхода!
- Входа…
- Не важно! Если вы не скажете, где этот подлец, я разнесу в щепки весь его корабль! Мой брат – владелец эскадры галеонов, что сегодня должна сюда прибыть, и я попрошу его помочь мне наказать этого Роджера!
Мне такая перспектива совсем не понравилась.
- Прошу прощения, мадам…
- Шу. Анжелина Шу.
- Хорошо, мадам Шу. Вы, случаем, не являетесь родственником моего… А, - махнул я рукой, - не важно. А что вам сделал Ада… Роджер?
- Как что?! Обесчестил и солгал мне! Ночью он обещал, что возьмёт меня в плаванье с собой, а когда я с утра решила взойти на борт «Принципио», оттуда меня погнали прочь!
- И правильно сделали, - буркнул я.
- Простите?
- Я говорю, простите их за то, что они сделали. Они ведь по незнанию. Я сам давно знаю Ада… Роджера, и могу с уверенностью сказать, что он никогда не был честным человеком.
Из шкафа еле послышался недовольный смешок.
- Но мне надо с ним поквитаться!
- Прошу вас, мадам Шу, идите домой, выпейте чаю, успокойтесь и забудьте всё это.
- Но…
- Идите, идите, - я буквально выталкивал её за дверь, - и можете его больше не искать, он уже убежал!
- Фу-уф, - с шумом выдохнул я, закрыв дверь. Адам аккуратно выглянул из-за дверцы шкафа, огляделся, убедился, что всё в порядке и вылез. Но шёл он ещё с опаской, на цыпочках, боясь поднять хоть малейший шум.
- Ну, - начал я допрос, - что вы скажете в своё оправдание, мистер Муллен?
- Я… Ну, это… Да что, она ведь лёгкого поведения, разве не видно?!
- И?
- Как и? Вы что, капитан, я её купил на ночь! Только, конечно, не деньгами, а выдуманной историей про поездки в дальние страны, про сокровища…
- Ясно. А теперь, - я указал рукой на дверь, - вон из моего дома!
- Да, да, капитан, слушаюсь вас…
Адам побрёл к двери. Но перед тем, как он уже почти её открыл, она резко распахнулась и на пороге оказался мой боцман.
- Капитан, - задыхаясь произнёс Эндрю, - спрячьте меня, быстрее!
И, подобно Адаму, не дожидаясь ответа, тут же спрятался в шкафу. В моём шкафу!

[theGOOPIE]

День начался незабываемо. Вовсю кипят страсти, мои подчинённые не обращают на меня внимания, но пользуются моим добродушием вовсю, а, самое главное, меня чуть не унизила ЖЕНЩИНА! Кстати о женщинах, опять же, не спрашивая, можно ли войти, в квартиру вломилась всё та же Анжелина Шу, но теперь у неё в руках был довольно внушительных размеров кожаный ремень…
- ГДЕ ОН? – закричала нежданная гостья, после чего перевела взгляд на Адама, всё ещё стоявшего под дверью с совиными глазами и решила перейти на него. – Ах вот ты где, - Анжелина замахнулась ремнём на моего казначея, но я вовремя перехватил её руку. Вот ещё, избивать моих подчинённых! – Не мешайте мне и правосудию избить этого наглеца!!!
- Прошу прощения, мадам Шу, но это МОЙ ПОДЧИНЁННЫЙ! ВОН ИЗ МОЕГО ДОМА, ПОКА Я НЕ ВЫШВЫРНУЛ ВАС СИЛОЙ!
Мадам порозовела, покраснела, а потом и вовсе побагровела от такой наглости с моей стороны, вырвала свою руку из моего захвата и выкрикнула одну лишь фразу на непонятном мне языке. Возможно на китайском или корейском, после чего случилось то, чего я никак не ожидал. Мой боцман вышел из шкафа с такими же лицом, как и у Анжелины и встал напротив меня.
- Капитан, - сквозь зубы пробурчал Эндрю, - я прошу вас извиниться перед моей матерью…
Настала очередь мне округлять глаза, и через несколько секунд, поняв, что я не понимаю, что происходит, боцман посветил меня во все.
- Капитан, тут такое дело, - замялся он, - я тут раньше жил, вот и знаю остров… Но мой дядя – пират, и он хотел меня определить к себе на борт в качестве обычного разбойника, вот я и сбежал сначала на Гранда Авилию, потом на Жевье, после чего на… Кхм, это, в принципе, неважно… Рассудите нас, капитан! Скажите ей, что я уже не маленький и имею право делать выбор!
- Хм, попробую. Я… - тут в дверной проём вломился Джерри, после чего дверь окончательно слетела с петель, - Оу, да что же с вами сегодня со всеми такое?!
- Вот она! – зарычал Шакал, обхватывая двумя руками шею Анжелины и начав её душить.
- НЕ СМЕТЬ, - заорал Эндрю, - вступаясь за свою мать и выбивая зуб Шакалу.
- Я тебя смету, скотина, - мадам начала пинать упавшего на пол Адама, после чего тот подумал и пришёл к выводу, что помогать лучше члену своей команды, и бросился на Джерри. Закипела самая настоящая резня, которая продолжалась примерно минуту. Именно столько времени мне хватило, что бы вновь прийти в себя от увиденного и услышанного, и, между прочим, как раз вовремя: Джерри и Адам уже достали свои сабли, а мадам успела вытащить из под своего корсета… Кистень?! Да, именно кистень. Где она там её прятала – ума не приложу...
- Хватит!
Я даже и не надеялся, что меня послушают во время драки, и мне пришлось дважды выстрелить из своего пистолета в небо… пардон, в потолок, дабы враждующие хоть ненадолго усмирились.
- Джерри, чёрт бы тебя, а у тебя что общего с этой, только на вид, женщиной?!
- Как это, только на вид? – не понял сарказма Энди.
- Эта стерва, - начал ответ Шакал, - обокрала меня сегодня ночью! Представляете, пришла ко мне в каюту, я ей дал двадцать серебряных кругляшочков, потом она, ну… Вы понимаете… После чего я уснул, а она ушла!
- Ушла? – переспросил я.
- Да. – После нескольких секунд Шакал понял, что не договорил и продолжил, - Ушла с моими деньгами, которые я прятал в… неважно где! Факт в том, что мамзель Шу – воровка!
- Что?! – Разгневался Эндрю. – Мало того, что ты называешь её шлюхой, да ещё и… нет, я так не могу! Сейчас я тебе оторву всё, что плохо висит!
- Постойте, - вмешался Адам, - так значит, после меня она пошла к этому самому Джерри?! Или до меня… Чёрт! Да ведь она действительно лёгкого поведения!
- Моя мать?!
- Твоя мать!!!
- УСПОКОЙТЕСЬ! – я заорал громко, после чего все уставились на меня, вспомнив, в чьём помещении находятся. Хоть и арендованном, но моём. – Значит так. Если я правильно понял, то Энди – сын Анжелины.
- Долго думал, - буркнул Эндрю.
- Не перебивай меня. Мадам переспала с двумя за одну ночь…
- Капитан…
- Молчать. Не забывай, ты ещё и мой боцман. Так вот, Джерри! Ты уверен что твои сбережения пропали? На моём корабле нет «крыс», и если у тебя деньги были украдены – то тогда ясно, кто вор.
- Простите, - подала голос мадам, - На чьём корабле? Разве капитан не Роджер?
- Роджер? Ха! – усмехнулся я, - Он не Роджер, он Адам. Но это неважно, - после произнесения его настоящего имени, лицо Анжелины окончательно поменяло свой цвет… на белый. В крапинку, если можно так сказать.
- Подлец, - произнесла мать Эндрю.
- Воровка, - не отставал казначей.
- Шлюха, - добавился голос Джерри.
- Болваны, - закончил я, - сейчас вы все разойдётесь по своим домам и забудете всё это. Джерри, я выделю тебе финансы. Энди – можешь быть уверенным в том, что со своей матерью ты больше не увидишься. Адам – бегом исполнять свои обязанности! У нас целый трюм разных товаров, иди и продай всё по заоблачной цене! Ты ведь обещал мне гигантские капиталы?
- И мне он тоже много чего обещал, - буркнула Анжелина.
- Не ваше дело, что он обещал мне. Кстати, мадам, идите домой. Выпейте коньячку, устройтесь в мягкой постели и почитайте какую-нибудь книгу. Всё, я закончил. Кстати, Джерри – останься, у нас дела, верно?
- Верно, капитан, - покорно ответил Шакал.

[theGOOPIE]

История умалчивает о том, что же случилось с моим отцом. Однако, узнав от Джерри (уж не знаю, почему он вызвался мне помочь с расследованием о моём папочке), что Малькольм Шарп некогда обитал в водах Скалщорз, я решил найти хоть кого-то, кто его ещё помнит.
Сначала мне посоветовали идти в таверну, мол если нужна информация – ступай туда. Там трактирщик старый и опытный, повидал много разного, может и припомнит кое-чего.
Да, в таверне нашлись люди, понаслышке знающие о моём отце, который не раз заплывал на Грей Сейлз, но чаще всего оседал на Шарк Айленд. Это что-то связано с Береговым Братством. Ой, не хочется влезать в эти дела, но инстинкт поиска родственников выше всего. Завернул же, здорово, правда?
На следующий день я отправился на Шарк Айленд. От Грей Сейлз до него всего час пути по морю, а если учесть, что в спину дул сильный ветер, то и все полчаса. Прибыв на остров, я окончательно убедился, что никакой архитектуры у пиратов нет и быть не может. Единственное, что, как мне показалось, выделяется из кучи зданий – это стены. Да не просто стены, каменные! Да, звучит смешно: разве устоит каменная стеночка против бортового залпа предположим, Галеона? Вроде бы не должна, но то, что импровизированный порт до сих пор стоит, и его не разу не чинили, а если отплыть недалеко от острова, то можно увидеть не один десяток потопленных судов, то можно смело сказать, что пираты – мастера защиты. Ну, ещё мастера грабежа и разбоя, но при обороне эти навыки вряд ли помогут.
Тем не менее, по мне никто не открыл залпа – на мачте покачивался пиратский флаг. Хоть пираты Грей Сейлз и Шарк Айленда враждовали друг с другом, меня они пропустили, и даже не открыли предупредительный огонь – всё же, орудия на моей лоханке не были подготовлены к бою, а, значит, нехороших намерения я не имею. Формально.
Хотя «Принципио» пришлось оставить в миле от порта и дальше добираться на лодке: некая безопасность всё же присутствует. Если бы Эндрю не сказал, что дальше на корабле плыть нельзя, нас бы потопили к чёртовой матушке.
А вот и то, что отличало пиратов друг сторон друг от друга: у пиратов Белтропа на кораблях был герб, на котором нарисован череп весёлого Роджера и две пересекающие друг друга сабли, а у Олафа Уильсона, что негласно занимает место монарха на Шарк Айленде, на флагах был нарисован кулак, разрывающий цепь, что означало: «конец рабству, свободу вольным пиратам!». Довольно интересный герб, но мне абсолютно всё равно, в данный момент. Сейчас, когда я не на службе Англии, я волен делать всё, что хочу, и первостепенной для меня задачей стал поиск сведений о моём отце, а всё, что мне мешает или то, что мне не понадобится в поисках, я игнорирую.
Крепкого телосложения пират на смотровой вышке с ног до головы презрительно осмотрел меня, Шакала и Эндрю, что шли со мной, после чего открыл ворота. Нас пропустили, но продолжали за нами следить. Ну и что, мы ведь не собираемся устраивать беспорядки, верно? Верно, я говорю? То-то же, знаю, что будем, всем «этим самым» чую…
Поселение было поменьше размером, но это лишь потому, что дома были расположены ближе друг к другу в два раза, то есть этого хватало на то, что бы разминуться с тем, кто будет идти к тебе навстречу: третий не поместится.
Так мы и шли друг за другом, а, точнее, за Эндрю. Он здесь уже бывал раньше и знал, где находится здешняя таверна.
Это была и таверна и резиденция Олафа Уильсона в одном флаконе. Главный пират не покидал этого здания практически никогда (исключения составляли походы на крупные суда испанцев или французов, на англичан он никогда не нападал, ибо сам уроженец Англии.
Вы думаете, что я уже не смогу увидеть того, что удивило бы меня больше, чем… чем вся моя жизнь, уже прошедшая? А вот и неправильно, меня просто поразило то, что я услышал, зайдя в таверну:
- О, Шарп, друг мой, заходи! Я давно уже тебя ожидаю!
На несколько секунд я замешкался, а когда опомнился, то, естественно, задал тот вопрос, который меня сильно мучил уже почти минуту.
- Кто вы?
- Олаф Уильсон, конечно же! О, Ники, какой же ты незнающий! Тебя уже посвятил во всё Эндрю?
- Эндрю? – переспросил я, и, спустя несколько мгновений, с недоверчивым видом обернулся к своему боцману. Тот, в свою очередь, лишь виновато отвёл глаза.
- Да, да, Эндрю! Да что вы стоите? Присаживайтесь за мой столик, - Олаф вежливым, но настойчивым жестом пригласил нас усесться, что мы и сделали. Через минуту перед нами уже стояли два блюда с картофельным пюре, жареный поросёнок, ваза фруктов и две бутылки наипрекраснейшего вина.
- Ну, - не прожевав, пробурчал Уильсон, - Энди, пофему ты не пофвятил нафего друга в наф план?
- Что? – не понял боцман?
- Убульбу, - Олаф что-то хотел сказать во время того, как пил вино прямо из горла, - всмысле почему ты не рассказал ничего нашему юному капитану Нику?
- А что вы должны мне рассказать?!
- Капитан, - замялся Эндрю, - дело в том, что вашим отцом является Малькольм Шарп.
- Вот удивил-то, - саркастично удивился я, - а я и не знал!
- Да нет, ну, в общем…
- Так, - перебил его Уильсон, - лучше я объясню. Ники, ты знаешь, что твой отец некогда был самым счастливым сукиным сыном во всём архипелаге?
- Поподробнее, пожалуйста.
- Великий изумрудный груз… Слышал о таком?
- А, сказки всё это, легенды…
- А если я скажу тебе, что помогал завоёвывать этот груз твоему папашке? А если ты узнаешь, что с нами был ещё и третий компаньон, а?
На этот моменте я вновь удивился. Пора привыкать к тому, что в любой момент мне скажут или покажут то, от чего мои глаза вылезут из орбит.
- П-правда? – спросил я.
- Конечно, мальчишка! Это был самый захватывающий захват за всю мою захватческую жизнь!
- Тавтология…
- Плевать, - отрезал Олаф, - суть в том, что это был самый ценный груз, захваченный мной вместе с Малькольмом!
- Притормози коней, - попросил я, - вы вместе плавали на его «Пиратской Жемчужине»?
- Кляп тебе в пасть, акулёнышь! Он плавал на «Жемчужине», а я на «Осьминоге», и у нас был самый лучший дуэт за всю историю…
- Ближе к делу, Уильсон.
- К делу, говоришь? – Олаф почесал подбородок и продолжил, - Хорошо, тогда внимательно слушай историю…

[theGOOPIE]

Жемчужина вошла в гавань. Неожиданно, ведь все разведывательные суда были потоплены Осьминогом ещё за две мили до острова, и теперь корабль Олафа Уильсона был сокрыт возвышающимися над водой скалами. Погода стояла не ахти: утренний туман мешал обзору часовых, находящихся в форте, что было на руку захватчикам.
Огромный линкор заплыл в порт. Никто не открыл по ней огонь, ведь паруса у этого судна были испанские, а местный губернатор, Алькадро де Мартиз, как раз ожидал со дня на день прибытие одного из своих линкоров. Всё шло гладко.
На посту было тихо. Трое часовых мирно посапывали в углу, облокотившись на мешок с чем-то мягким, один внимательно следил за вошедшим в гавань кораблём (он вызывал недоверие у испанца), и ещё один бренчал на лютне. Еле слышно, что бы не разбудить остальных.
- Послушай, Риккардо, - нахмурился первый, - что-то мне не нравится этот корабль. На борту ни одного человека в испанской форме.
- Ну-ка, дай посмотрю, - сказал второй, выхватывая из рук первого подзорную трубу, - Да нет, это просто корсар. Вполне возможно, только недавно записался на службу Испании. Поверь, Хуан, наша нация только выиграла от такого союза – ишь, какой линкор!
- М-да, - протянул Хуан, откладывая врученную назад трубу, но всё ещё пристально наблюдая за пришельцами, - ладно, продолжай играть. Тебе бы в оркестре струны рвать, а не в дозоре стоять.
- Что верно, то верно. Меня моя мать не хотела отпускать в армию, но я решил, что отдам долг родине, после чего спокойно буду доживать остаток своей жалкой жизни.
- Так уж и жалкой…
- Да, жалкой. Сам посуди, мне уже почти тридцать. Жены всё нет, детей – тем более. Сижу на шее у матушки, ведь отец давно скончался, упокой, господи, его душу…
- Ну, это ещё не самый худший вариант. Вот, взгляни на Карлоса, - оба смотрящих взглянули на спящего на мешке солдата, - у него родителей вообще нет. Он сирота практически с рождения: мать умерла при родах, отец – спустя пару месяцев после его рождения. Его убили эти жадные англичане, - Хуан сжал кулак так сильно, что костяшки на пальцах побелели, - я бы их всех…
- Да… Но у него ведь есть мечта!
- Это какая же?
- Ну, он её уже осуществил. Карлос мечтал стать солдатом, что бы отомстить убийцам отца.
- Да, - согласился Хуан, - надеюсь, что он перебьёт столько англичан, что отдаст долг и за всех ребят, что уже погибли от их рук.
Риккардо достал из рюкзака бутыль с ромом, разлил по двум деревянным стаканам и они молча выпили. Не чокаясь.
- Послушай, Рикки, - Убрал стакан Хуан, - дай-ка мне подзорную трубу…
- Что ж ты там опять такого углядел? – спросил второй, подавая нужный предмет товарищу.
- Ну-ка, ну-ка, - бурчал первый, настраивая агрегат, - чёрт! ЛОЖИСЬ!
И в этот момент рядом с бойницей пролетело ядро, которое врезалось в противоположную стену. Шум был такой, что спящие быстро проснулись и взялись за оружие.
- Проклятые англичане-е! – завопил Риккардо, звоня в набат.
Ещё несколько ядер разбили защитную стенку вдребезги, бойниц больше не осталось. Карлос и ещё двое солдат прикатили пушку, стоящую в десяти метрах от места их дозора. По всей видимости, досталось не только им: несколько башен и целых две трети защитных стен можно уже было назвать каменоломней. Кое-где начался пожар. Испанцы не успели отреагировать.
К счастью для некоторых, но к ужасу для остальных, плавучая крепость развернула свои орудия в сторону главной башни и начала её обстреливать. Сначала ядрами, потом в ход пошла картечь, несколько десятков бомб… Было ясно, что через пару минут главная башня превратится в решето.
То, что залп начался неожиданно, несомненно дало огромную фору разбойникам. Через десять минут к стенам была выкачена лишь треть всех орудий, заряжены они были только спустя ещё три минуты, ну а первые выстрелы со стороны обороняющихся прогремели лишь тогда, когда форт уже был готов развалиться.
Те, кто остались в живых, направили свои пушки в сторону угрозы, пока та заканчивала обстреливать одну из башен. У испанцев в Гранда Авилии была разработана своя тактика: стреляли все дружно, кучно и по команде. Офицер на стене поднял руку, что означало «целься», и до того, как он опустит руку, оставались считанные секунды. Пушек осталась лишь треть, но если учесть, что всего их была целая тысяча, то триста стволов сейчас собирались изрешетить «Жемчужину».
Риккардо держал факел над своим орудием, готовясь в любой момент выстрелить. Был заряжен книппель, и пятеро дозорных надеялись, что смогут попасть точно в мачту корабля. В самый последний момент у всех округлились глаза, которые стали подобно совиным.
Из тумана выплыл ещё один линкор.
На этом моменте началась дикая паника у испанцев. Некоторые пытались бежать (их благополучно расстреливали в спины их же офицеры), некоторые не смогли отойти от оцепенения и не успели вовремя выстрелить из пушки… В общем, этого промедления вполне хватило на то, что бы второй линкор, Осьминог, сделал один единственный залп.
Семьдесят орудий одновременно дали залп по форту. Карлоса снесло одним из ядер и оставило на память лишь огромную лужу крови. Собственно, сначала это был лишь фонтан, который с ног до головы забрызгал остальных, но потом…
Потом последовал ещё один залп. Картечный.
Вот тут шансов не было ни у кого. Маленькие шарики с огромной силой изрешетили обороняющихся испанцев. Форт затих.
Пираты пока ещё не знали, но догадывались, что на стенах будет стоять лишь малая часть всех испанских бойцов, что находятся в этой колонии. Как только на землю разом сошли сразу полторы тысячи разбойников, врата крепости раскрылись, и оттуда кучей побежали испанцы, которых было в два три больше нападающих.
К сожалению, большей частью солдат были новобранцы, ни разу не участвовавшие в настоящих баталиях. Пираты же все прошли, как говорится, огонь, воду и Великую Попойку на Скалщорз, по этому силы были равны. Завязалась кровавая бойня, которая продлилась всего пять минут.
На горизонте появился третий корабль.
Грозный мановар, на борту которого помещается почти тысяча человек, на котором установлено двести орудий, подошёл к берегу и спустил лодки на воду. К пиратам прибавилась мощная сила, способная разбить наголову всех испанцев, которые, при виде их, просто бросились бежать. Далеко уйти им не получилось – пираты рыскали по всему городу и убивали всех. Старики, женщины, дети – какая разница? Приказ свыше – убить всех, никого не щадить, кроме одного человека…
Алькадро де Мартиз в молодости был неплохим бойцом, и, будучи прекрасно обученным фехтованию, сам двинулся оборонять свой город со своей же личной гвардией, хотя его и отговаривали. Как только две сотни испанских солдат вышли на главную площадь, их моментально окружили две тысячи пиратов. Оборонявшиеся бросили оружие, но им это не помогло: расстреляли всех. Кроме, нетрудно понять,
Малькольм Шарп взял за шкирку губернатора и стал его допрашивать. Тот, видя, что положение безвыходное, рассказал, где находится главная испанская сокровищница в этих водах, после чего был убит Дезмондом Рей Белтропом. Олаф Уильсон недоумённо посмотрел на убийцу, мол зачем убил? Тот лишь пожал плечами, давая понять, что так и надо было.
«Компания» захватчиков двинулась на поиски. Сокровища отыскались довольно быстро. Их было так много! И чего там только не было: золото, рубины, серебро… Но больше всего было изумрудов. В последствие этот захват окрестили «Изумрудным».
Всё, что можно было, погрузили на «Жемчужину». Пираты разбрелись по своим кораблям и суда двинулись домой, на Скалщорз…
Не тут-то было. По чистой случайности на перевооружение в Гранда Авилию приплывала целая эскадра: три бэтлшипа, десяток галеонов и пять каравелл. Прибывшие испанцы вовремя заметили, что произошло, и ринулись в погоню, не заходя в гавань.
Погоня продолжалась три дня. Три дня! Большая часть эскадры застряла в рифах, мановар Белтропа не смог бы там проплыть и свернул с пути ещё день назад. Уильсон вёл свой линкор, уже порядком обстрелянный, рядом с Малькольмом Шарпом, а тот, в свою очередь, непонятно как сумел отыскать путь меж подводных скал. Через некоторое время эти рифы назвали «Рифами Шарпа».
Но так не могло продолжаться вечно: корабль Олафа был настолько сильно изрешечён, что Уильсон принял решение уплыть. Малькольм прекрасно понимал, что было бы, если его союзник захотел бы остаться, и не стал возражать. Хотя и его «лоханка» уже была на последнем издыхании.
Утром четвёртого дня погони, линкор Шарпа причалил у берегов острова, которого не было на карте. Собственно, на карте его не было лишь потому, что линкор уже сбился с курса. Весь Изумрудный груз был спрятан в пещерах этой земли, после чего корабль благополучно уплыл в сторону Скалщорз, оставив преследователей далеко позади…

[theGOOPIE]

- А дальше? – спросил я.
- А дальше, - ответил Олаф, - вот что. Шарп приплыл сюда, но без груза. Он сказал нам, что спрятал его на острове, что севернее отсюда, но Белтроп был зол на него, мол тот просто не захотел делиться. А вот что было дальше, я не знаю. Малькольм пропал, и я, кажется, догадываюсь, почему… Я поссорился с Белтропом, после того случая наши с ним пираты и враждуют. Он вышел из состава Берегового Братства, основал свою гильдию и живёт теперь припеваючи.
- Захватывающе, - сумел выдавить я из себя.
- Да, - поддакнул Эндрю.
Смешно, но я уже и забыл, что рядом со мной сидит мой боцман.
- А теперь ещё ближе к делу, маленький Ники.
- Ну? – сконфузился я, но не подал вида.
- Мне кажется, что Белтроп что-то знает о тех сокровищах. Пойми, в Братстве никто никогда не забывает о своих братьях. А так как твой отец давно умер…
- Не факт!
- Ну хорошо, хорошо. Так как твой отец пропал без вести, - он посмотрел на меня, ожидая, возражу ли я ему, но через секунду продолжил, - то ты будешь отдуваться за него…
- Что?!
- Но-но, малыш Ник, я неправильно выразился. Ты поможешь нам разгадать эту тайну, а мы… А мы тебе поможем разгадать эту тайну! Будет взаимопомощь!
- Здорово, - на миг задумался я, представляя, какие у меня перспективы, - я согласен.
- Сразу бы так, мальчик!

[varjaklap]

как много...

[theGOOPIE]

Глава 2. Заоблачные перспективы.

Мы обсудили с Олафом план действий, а он был предельно прост: выяснить, знает ли что-нибудь Белтроп про дальнейшие действия моего отца после того, как он «пропал без вести», после чего разоблачить негодяя, наказать его, найти тот самый Изумрудный Груз и вместе отпраздновать победу. М-да, а ведь план, на самом деле, чертовски сложен…
На выходе их таверны, нас встретил Джерри.
- Ну что, вы нашли кого-нибудь, кто знает хоть что-нибудь про вашего отца?
- Да, - ответил я, и это была чистая правда! Олаф дал мне имена трёх людей, что однажды служили на корабле Шарпа старшего, но теперь отсиживаются на берегах. Пират по прозвищу Одноногий Берквист находится совсем недалеко: на Грей Сейлз. Но, к сожалению, от него ничего путного никому ещё не удалось узнать, так как ему уже было далеко за семьдесят, и старческий маразм только омрачал картину. Второй – Маверико Камментата, который теперь работает трактирщиком на испанской колонии Коста Синистра, и третий – Джулиус Реверчи, личный картограф Малькольма Шарпа, живущий на французской колонии Айль де Оранж. Всё это я выложил Джерри, который с явным интересном всё выслушал, после чего и сам подал голос.
- Ну что ж, давайте попытаем счастье с Одноногим Берквистом. Я его пару раз видел на Грей Сейлз, он вечно шатается по улицам, - после чего Шакал отвернулся и гневно шепнул, - ублюдок старый. Только и умеет кидать гнилые помидоры в меня…
- Я не против, - согласился я.
- И мне всё равно, - добавил Эндрю, но через пару секунд понял, что его мнение тут ничего не решает.
Через час мы уже отправились на Грей Сейлз.
Дождя, благо, не было, но по тяжёлым тучам, нависающим над нами, было нетрудно определить, что он скоро пойдёт. Мокнуть нам не хотелось и мы сразу пошли в домик, который любезно предоставил мне «Дизи».
Кстати, о нём: Олаф прекрасно знал здешнего плотника и был полностью уверен что человек, который им представился, совсем не тот, за кого он себя выдаёт. По описанию Уильсон понял, что это… Белтроп. Да-да, тот самый Белтроп, что, по всей видимости, и знает судьбу моего отца. Но парить горячку раньше времени я не собираюсь, и хочу выждать момент.
А вот насчёт Джерри я перестал быть уверен. Его ребята сошли на землю после меня и наотрез отказались плыть со мной куда-нибудь, мол у них дела. Не знаю, что они задумали, но мне кажется, что мой новый попутчик Шакал как-то связан со всей этой историей. Чёрт возьми, как же всё запутано!
В любом случае, не стоит сразу говорить о своих подозрениях. Я даже не могу поделиться ими с командой – чёрт его знает, быть может кто-то из моих ребят всё расскажет Джерри, а тот, в свою очередь, Белтропу? Боже, я путаюсь…
Хотя, если всё таить от верных помощников – то, скорее всего, когда они всё узнают – может начаться бунт, и тогда мне не поздоровится. Всё-таки вежливо выпроводив Джерри я поделился своими подозрениями с Эндрю, как-никак он ведь тоже посвящён во все эти делишки. Грязные делишки, хочу сказать.
Энди отнёсся к моим словам абсолютно безразлично, заявив, что знал об этом с самого начала. Ничего он, разумеется, не знал, просто возненавидел Шакала за ту историю с его матерью. Что ж, его дело.
Как я и предполагал, хлынул дождь. Тяжёлые капли застучали по крыше, и мы с Эндрю уселись на диване, открывая бутыль вина, которую мы захватили с Шарк Айленда.
- И вообще, не стоит доверять таким, как он, - после очередного стакана буркнул Энди, выждал десятисекундную паузу и добавил, - да-а…
- Хватит пить. Чёрт возьми, ты тут родился, ты должен знать этого Берквиста и где он живёт!
- Я? Знать? Да, кончено знаю.
- И ты молчал? Собирайся, мы идём.
- В дождь? – жалобно посмотрел на меня Эндрю.
Но ответа не дождался. Я накинул длинный плащ и вышел на улицу. Через минуту следом вышел и мой боцман.
- Следуйте за мной, капитан, - пробурчал Энди, плотнее закутываясь в пиджак, который он одолжил у меня на время. Да, я купил пиджак. Захотел ещё тогда, когда… Когда впервые сошёл с корабля в порт Хайрока.
Дом Одноногого не сильно отличался от того, который выделил мне «Дизи». Один этаж, полностью построенный из древесины, два окна (не застеклённые, стекло очень дорогое да и зачем оно нужно вообще, если можно просто закрыть ставни?).
А вот хозяина дома не оказалось. Так как он жил один, никто не смог нам сказать, куда он направился, но дверь была открыта и мы решили подождать внутри.
Ждать пришлось недолго. Дверь отворилась и на пороге появился крепкий старикан с деревяшкой вместо одной ноги бутылкой рома в руках. Хозяин несколько секунд смотрел на названных гостей, после чего молча уселся на стул.
- Да-а, - протянул Берквист, - не думал, что ты когда-нибудь явишься сюда…
- Я? – переспросил Эндрю.
- Да не ты, балбес, тебя я знаю уже давно. Его, - он указал пальцем в мою сторону.
- Кхм, прошу прощения, - замялся я, - но разве вы меня знаете?
- Конечно, щенок! Ты Шарп младший и пришёл узнать о своём отце!
- Даже так, - я удивлённо посмотрел на того, кто только что назвал меня щенком. Но мне претило сейчас с ним ссориться.
- Но, - поднял ладонь Берквист, - не теряй зря времени. Твой отец ничего мне не рассказал. И даже не поведал мне, его канониру и другу, о том, что он спрятал Изумрудный Груз в… Эй, я что-то разговорился, - ехидно улыбнулся он.
- Мне понятно, что вы хотите, - понимающе кивнул я, снял с ремня небольшой мешочек и кинул его Одноногому. Тот развязал его, осмотрел и явно остался доволен.
- Да, кажется кое-что припоминаю… Ах да, вспомнил. Часть того Груза он оставил тут, на Грей Сейлз, в диких лесах. А насчёт остальной части, уж простите, я не знаю ничего… Даже не пытайтесь меня подкупить, всё равно не вспомню.
- И это всё? Я рассчитывал на большее. Ну тогда хотя бы скажите, Где можно найти те сокровища, что остались на этом острове.
- А, ишь, как глазки загорелись-то! Нет уже здесь никаких изумрудов, я не дурак, сам их нашёл пару лет назад. Купил себе новый корабль, этот самый дом… И мне хватит ещё до конца жизни оставшихся там денег!
- Значит, там деньги тоже были… Ну ладно. Ой, вам помочь? – Берквист попытался встать, но поскользнулся на чём-то и упал.
- Нет, щенок! В задницу твоё милосердие, убирайтесь из моего дома, живо!
Он орал так громко, что мы незамедлительно покинули помещение. Хозяин – барин.
Тем временем дождь закончился и мы решили не затягивать с отплытием на следующий остров, где жил Маверико Камментата. То есть, на испанскую колонию Коста Синистра.
На борту нас уже ожидали плотник Альберт и казначей Адам.
- Капитан, - улыбчиво сообщил казначей, - вы будете довольны. Я слил весь товар одному простофиле просто по заоблачной цене и теперь у нас денег больше, чем было две недели назад ровно в три раза!
Я прикинул, сколько стало. Оказалось действительно неплохо – около пятнадцати тысяч золотых монеток.
- Николас, - продолжил Альберт, опираясь на трость, - думаю, вы не будете против того, что я потратил из казны вашего корабля пятьсот пиастров на покупку древесины и парусины?
- Конечно нет, об этом можешь даже не спрашивать. Адам, ты купил провизию, как я просил?
- Да, капитан. Двадцать ящиков вяленого мяса, десять – кукурузы и ещё столько же – картошки. Так же я позаботился и о роме для команды – пять бочек, этого должно быть достаточно.
- Отлично, - удовлетворённо кивнул я, после чего отдал приказ, - поднять паруса!

[theGOOPIE]

Испанских парусов у нас не было, по этому я приказал направить «Принципио» в сторону «Золотой бухты». Золотой она называлась по тому, что однажды тут произошла кровавая битва между испанскими колонизаторами и местным населением в виде туземцев за ацтекское золото. В том бою победа была на стороне испанцев.
Нас никто не заметил. Бродит по джунглям мне не хотелось одному, по этому я взял с собой всех своих офицеров кроме Альберта – он всё ещё слишком слаб для подобных путешествий.
Адам с ног до головы увешался оружием: два абордажные сабли, два двуствольных пистолета, метровый мушкет, даже алебарду зачем-то захватил… Аргументировал он это тем, что в лесу может быть опасно, и после того случая с туземцами он не хотел ещё раз подвергать себя (и команду!) такому риску.
Эндрю, как и Девид, ограничился стандартным набором: широкая сабля, пистолет с мешочком пуль и кортик. Что ещё надо для красивой жизни морского волка?
Диего, как врач, взял с собой рюкзак, полностью набитый всякими медикаментами. Оттуда явно попахивало спиртом, и Энди старался незаметно туда забраться. Но хозяин этого добра вовремя пресекал попытки неудачливого воришки и просто бил своей тростью по его рукам, и явно удачно – после третьей попытки боцман прекратил пробовать своровать спирт и угрюмо зашагал в конце группы. Так, вроде бы не про кого не забыл упомянуть.
Альберт остался за главного на корабле. Он трепетно обещал следить за всем происходящим, а так же сказал, что лично при помощи команды вылижет до блеска палубу. Смешно, верно?
Ливень. Он уже порядком надоел мне за последние дни. Если бы мы сидели в какой-нибудь таверне, ещё ничего. Но идти по практически непроходимым и диким джунглям во время тропического ливня – занятие не из приятных. Шум дождя заглушал посторонние звуки и мы при всём желании не смогли бы засечь любое движение в нескольких метрах от нас, даже если это будет слон, ломающий своими ногами брёвна… Хотя вру, его бы мы заметили по запаху. Тем более, что здесь они не водятся…
Пару раз пришлось останавливаться, что бы придумать, как обойти то или иное препятствие: сначала это была небольшая, но очень мутная река. Эндрю уже собрался её пересечь вплавь, но Диего вовремя это заметил и схватил его за шкирку, после чего показал рукой в сторону прибрежных кустов – там торчал довольно крупный хвост. Крокодилий.
В конце концов мы решили просто попытаться её обойти, так как других предложений не поступило. Потеряли полтора часа – речушка оказалась не из коротких.
Следующим препятствием оказались… местные жители. Нет, не испанцы, а лесные люди, туземцы. Их то же пришлось обходить, но очень тихо и придерживая Адама – он всё время вырывался и хотел «задать перцу» тем, кто сейчас поклонялся какому-то идолу. Зачем? Он просто возненавидел отсталых технологиями людей.
Спустя полчаса преградой стала змея. Огромная змея! По словам Диего – жёлтый королевский удав. Он спокойно себе лежал под стволом какого-то дерева, которое по цвету подходило змее, по этому её никто не заметил. Энди наступил на неё – и тут же оказался в её объятиях, лёжа на мокрой траве.
Хорошо, что нас было много, а удав – не ядовитый. Совместными усилиями мы сняли с боцмана угрозу и разрубили её на мелкие кусочки, но не саблей – Адам решил воспользоваться алебардой.
И вот, спустя три часа, после высадки, мы добрались до лесной границы города-порта Коста Синистра. С этой стороны испанцы и не подумали строить форт – корабли ведь не ходят по джунглям? Хотя высоченный частокол (не меньше четырёх метров) всё же установили. Возле закрытых ворот закутались в утеплённые куртки двое стражей – больше для виду, чем для защиты. Мы бы их легко могли усмирить, но зачем портить отношения со здешними вояками?
Помогли деньги. Нас пропустили и сделали вид, будто никто и не проходил в город. Что поделать – взяточники существуют везде, и они, обычно, очень успешные люди… Я ведь успешный человек, верно? Верно.
Город оказался самым большим из тех, которые я пока что видел в этом архипелаге. Сто тысяч населения – это вам не шутки, если ещё и учесть, что пять тысяч – гарнизон. Сражаться с ними нам не хотелось.
Для постройки новых зданий требовалась большая площадь, а вырубать леса пока ещё никто не решился, по этому постройки располагались очень близко друг к другу, так, что едва ли один человек спокойно пролезал в таких улочках.
За то главная улица была неимоверно широкой и одновременно являлась главной площадью. Тут был и палаточный рынок, и фонтан неимоверных размеров, и резиденция здешнего губернатора… Кстати, рынок был переполнен даже в такую погоду: здешние привыкли к тропическому климату, а торговцам просто было всё равно, как зарабатывать, лишь бы были покупатели.
На нас смотрели косо, а, особенно, на Адама. Мы как могли закрывали его своими широкими спинными (самая широкая у Эндрю), но помогало не сильно. Алебарда в век стрелкового оружия – большая редкость.
Вот и таверна. Она сегодня переполнена – местные пьяницы не желают пить на улицах в ливень, по этому трактирщик Маверико Камментата готовил, не покладая рук. Меню в этот день не отличалось разнообразием – шашлык по-грузински (никогда не пробовал, но сейчас обязательно отведаю) и запеченный картофель в мундире. Картошка в избытке хранится в любом доме – мешок этого овоща стоит всего пять серебряников.
Мы уселись за одним из столиков, где уже выпивали двое местных жителей. При виде нас они осторожно встали и сели в другое место – видимо, мы выглядим очень зло и страшно.
Как только я подозвал трактирщика, который не замедлил появиться, все мы сразу увидели то, на что обычно не обращают внимания. На его абсолютно лысой голове был вытатуирован кулак, сжимающий цепь – символ Берегового Братства. В его левом ухе виднелись аж пять колец. Да, явно бывший пират.
- Прошу прощения, - вежливо произнёс Маверико, - что высокопочтенные гости желают отведать?
- Ром! – ответил Эндрю.
- Мясо и картофель, - сказал Адам.
- Салат из овощей, - добавил Диего.
- Бульончик, куриный, - облизнулся Девид.
- А мне всё и сразу, - закончил я.
- Хм, - смутился трактирщик, - всё это требует времени. Пока что я могу предложить вам картофель в мундире, шашлык и ром. Вы будете ожидать всего остального?
- Непременно, - ответил я, засовывая в руку Маверико увесистый мешочек с золотыми монетами.
- О, сэр, вы так щедры…
- Да, да. Только ты посидишь с нами за одним столом, - добавил я, - хорошо?
- Хм, - удивился тавернщик, - конечно, раз того желают высокопочтенные гости…
Спустя десять минут у нас на столе уже стояли блюда с яствами и кружки с разными напитками. Ну, под фразой «разные напитки» я подразумеваю ром, но зачем портить картину?
Трактирщик сначала не хотел садиться, сказал, что постоит, но мы его уговорили.
- Ну? – спросил Маверико. – У вас ко мне дело, высокопочтенные гости?
- Да, - не стал спорить я, - но давайте опустим ваше «высокопочтенные» и «гости». Я вам никого не напоминаю?
- Есть схожесть с одним… Не важно. В чём суть вашего дела?
- В том и суть. Вы не ответили на вопрос: я кого-нибудь вам напоминаю?
- Вы очень похожи на человека по имени Малькольм Шарп, ну просто вылитая копия. Лет на тридцать моложе, правда…
- Да, я его сын.
Воцарилось молчание. Нет, все, кто сидели в этой таверне нас даже не слышали и продолжали шумно выпивать. Замолчали все в нашей компании, ожидая, что на это скажет Маверико. И он сказал.
- Не понимаю, мистер Шарп, к чему вы клоните…
- Не надо, Маверико, мне всё про вас известно. Вы служили вместе с моим отцом, и от вас всего лишь требуется рассказать о последних его днях. Я имею в виду, о последних его днях пребывания с вами.
- Нет, - ударил по столу кулаком Камментата, - я отрёкся от той жизни и вспоминать даже не собираюсь! Доедайте, допивайте и проваливайте отсюда…
- Постойте, мы ведь не собираемся оставлять вас ни с чем! Что вы хотите получить взамен?
- Мне ничего не нужно. У меня много денег, я содержу самую большую и престижную таверну в городе. Даже чиновники не гнушаются заглянуть сюда. Да что там чиновники, когда наш губернатор был простым капитаном – он сюда захаживал ежедневно, и теперь, будучи главой острова, постоянно выделяет ресурсы на процветание этого заведения!
- Вы меня не поняли. Денег я вам и не предлагаю. Быть может, у вас есть какие-нибудь враги или конкуренты, которых вам необходимо устранить? Или, может, вы хотите нечто, что нельзя найти на этом острове? Предполагаю, что у вас есть некоторые желания, которые вы не в силах осуществить.
- Да, - неохотно согласился Маверико, - есть кое-что. Но учтите, - он пригрозил нам пальцем, - это грязное поручение для вас… Но я расскажу тогда всё, что знаю. А я знаю довольно много…
- Выкладывайте, - я со своими ребятами поближе подвинулись к трактирщику, так как тот заговорил тише.
- Есть один человек, по имени Джулиус Реверчи…
- Джулиус?! – воскликнул Эндрю. – Тот, что служил на корабле Шарпа вместе с вами?! – я толкнул его локтем, и мой боцман виновато отвернулся.
- Да, - удивился Маверико, - не знаю, откуда вам про него известно, но мне надо передать ему одно послание и получить от него ответ. Только, вот беда, я не знаю, где он сейчас находится. Быть может, он уже и умер…
- Не беспокойтесь, я знаю его местоположение, - заверил я его, и это – чистая правда. Джулиус проживает на французской колонии Айль де Оранж, по словам Олафа Уильсона.
- Тогда мы отправляемся прямо сейчас…
- Вы меня не дослушали, - прервал меня Камментата, - это ещё не всё. Я знаю, что Джулиус уплыл вместе с одним человеком, его сводным братом. Это брата надо убить и принести мне его голову, но так, что бы Реверчи ничего не узнал… Не спрашивайте, зачем мне это – не ваше дело. Вот теперь – всё.
- Мы согласны, - ответил я за всю команду.

[theGOOPIE]

Доев свой обед, мы направились на выход. Пока Маверико разъяснял нам суть задания, дождь кончился. И слава богу – нам ведь ещё обратно через лес идти.
- Э, кэп, - дёрнул меня за плечо Эндрю, - а не легче добраться на лодке? Купим лодочку, обогнём остров… Времени это займёт столько же, но по воде – безопаснее…
- О, боже! – поднял глаза и руки к небу Адам. – Ну что за человек! Дождь кончился – хорошо, но гигантские волны остались! К тому же лодка – идеальная мишень для тренировок. А ещё, быть может, нас при таком сильном ветре унесёт на скалы!
- Я всего лишь предложил, - буркнул в ответ Энди.
Так мы двинулись вновь через джунгли.
На этот раз путь занял гораздо меньше времени – препятствий не возникло и мы с самого начала решили пройти таким путём, где река была очень узкой – там располагался мостик (в прошлый раз мы его даже не заметили, он был далеко от того места, где мы обходили реку).
В той бухте, куда я подогнал свой корабль, что-то творилось, и мы заметили это издалека. Каким-то непостижимым образом нас выследили испанцы и с берега пытались штурмовать «Принципио». Вот же сволочи…
Альберт оказался молодцом, и он сразу начал отводить корабль подальше от берега, попутно обстреливая нападавших картечью. Но и те оказались не робкого десятка: большинство укрывалось за камнями и за деревьями, некоторые даже за перевёрнутой лодкой. Нашей лодкой! К тому же, у нападающих тоже имелись пушки. Немного, но рядом лежали незаряженные снаряды – бомбы. Больше всего мне сейчас не хотелось, что бы они потопили МОЙ корабль, и мы с офицерами решили всех их перерезать. Они ведь не знают о том, что в их тылу находятся несколько разъярённых морских волков. Ха!
Адам хищно улыбался, покачивая в руках свою алебарду. Я, заметив, что двое испанцев уже целятся из пушки в мой корабль, поспешно взял у казначея мушкет, прицелился, и…
…Убрал оружие. Девид тихо порадовался за своих ребят: ведь это он научил их так метко стрелять! В тот самый момент, когда я уже собирался стрелять, заряд картечи просто изрешетил тех двоих испанцев и раздробил их пушку.
Всего солдат было около сотни, и у них рядом где-то лагерь, тем самым местом чую. Медлить не стоит – мы тихо начали подходить сзади к испанцам и перерезать им шеи…
Тихая работа продолжалась недолго. В центр самой большой группы солдат, укрывающейся как раз за нашей лодкой, прыгнул Адам, размахивая грозным оружием. Противники несколько секунд ошарашено смотрели в сторону непонятно откуда взявшейся угрозы, пока казначей разом не отправил в нокаут рукояткой алебарды сразу четырёх. Следом за ним в ход вступили мы.
Эндрю успел забрать у Адама две абордажные сабли, и теперь размахивал ими на манер мясорубки. Испанцы ложились перед ним, даже не поняв, что случилось.
Девид же имел один пистолет, но успел забрать у казначея ёщё два, после чего отстреливал головы тем, кто вздумал подойти к боцману сзади, пока он кромсает своих врагов. Недалеко от меня взорвалась бомба, пущенная с корабля. Чёрт возьми, так и погибнуть от руки своих же пушкарей можно! Меня с ног до головы осыпало мокрым песком – бомба попала в небольшой песчаный холмик.
На нас обратила внимание лишь половина испанцев – остальные пытались штурмовать корабль. Ха, ничего у них не получится. «Принципио» уже отплыл на довольно неплохое расстояние, а на лодках во время шторма и обстрела с корабля до него добраться практически нереально. На что они надеялись?
Те, что остались на берегу, бросились на нас. Адам с Эндрю работали с такой скоростью, что я не успевал считать убитых. Боцман рубил направо и налево, оставляя противников без какой-нибудь конечности, а казначей за один удар сносил сразу двоих-троих. У бедолаг, что погибали от алебарды, так же не оставалось больше восьмидесяти процентов тела.
Девид же работал стрелком. Будучи канониром, он умело стрелял и убивал с первого выстрела, после чего буквально за пару секунд успевал перезаряжаться. Он стрелял по очереди сначала из трёх пистолетов, после чего из длинного мушкета. Я ему помогал из своего пистолета, и, к слову, очень удачно помогал. Уже пятый, нет, шестой, седьмой…
Диего склонился над умирающим испанцем, которого насадил на свой клинок Эндрю. Неприятное зрелище, клинки у боцмана очень острые, а он ещё и успевает их прокрутить, после того, как вгонит в тело жертвы. Сейчас у бедолаги как будто выгрызли желудок…
- Док, ты чего? – поинтересовался я. – Лечить что ли собрался?
- Ага, может мне ещё и микстуру ему прописать? – ехидно вопросом на вопрос ответил Диего, после чего достал из сумки герметичный стеклянный сосуд и кортик. – Мне нужно сердце этого человека. Я, знаете ли, провожу исследования…
Эта фраза была сказана не мне, а испанцу. Тот услышал, что с ним будут сейчас делать и грохнулся в обморок. Диего же начал осторожно вскрывать ему грудную клетку. Бее…
У Адама и Эндрю дела обстояли просто прекрасно. Вполне возможно, что эти солдаты, которых прислали нас убить или поймать, ещё обычные рядовые, ни разу не воевавшие по-настоящему. Никто даже не сумел задеть никого из нас, по этому, когда испанцев осталась лишь треть, они бросились бежать. Мы с Девидом пустили по пуле в двоих убегающих, но оставили остальных – они ещё дети, чего с них взять?
Казначей и боцман спорили, кто больше убил: Энди заверял, что убивал по сто человек в секунду, а Адам, что одним ударом забрал на тот свет сразу тысячу испанцев. Мне пришлось их разочаровать.
- Ребята, не хочу мешать, но этих солдатиков было не больше сотни…
- Ну кэп, зачем малину портишь? – раздосадовано произнёс боцман.
- Уж прости. Кстати, где мой корабль? Ах, вот он!
Альберт заметил, что творилось на берегу, и поспешил вернуться в бухту. Мы подняли одну из уцелевших лодок, после чего поплыли в ней к «Принципио».

Девид ушёл поздравлять своих пушкарей с успехом. Адам сказал, что вспомнил о каких-то делах и убежал в свою каюту. Диего тоже оставил меня, аргументировав это тем, что ему надо-де изучить свой «трофей», и лишь один Эндрю остался со мной, но лишь потому, что ему просто нечего пока делать. Он наорал пару раз на команду, заставил её мыть все свои каюты, после чего вспомнил, что заставлял их это делать пол дня назад, и отменил приказ. Я решил немного выпить вместе со своим боцманом, и направился в свою каюту.
Эндрю с удовольствием прочитал мой дневник, сказав, что он больше походит на какую-нибудь приключенческую книгу, и добавил, что бы я не прекращал его дописывать. Последовав его примеру, я углубился в написание.
Вновь хлынул дождь. Тяжёлые капли застучали по стеклу (да, да, у меня в каюте на окнах стёкла!). Прекрасное французское вино тридцатилетней выдержки приятно согревало душу. Эндрю время от времени рассказывал истории из своей жизни, иногда чересчур фантастичные… Всё же пьёт он больше меня, а когда напивается, начинает плести чушь.
- … И когда морской этот самый, как его… Да! Морской дьявол ударил меня хлыстом, я выдержал! Представляете, кэп? Он был метров десять в высоту и хлыст был не меньше восьми. Я прыгнул на его голову и стал выкалывать пистолетом глаза дьявола…
- Пистолетом?
- Ну да, у меня тогда был этот… Два в одном. Под пистолетом был прикреплён кортик. И вот, когда и выколол ему последний, двадцать седьмой глаз, это чудище свалилось в море и утащила меня на дно.
- И как же ты выбрался? – усмехнулся я.
- Выбрался? А я не… В смысле, я вырвался из его лап и всплыл. А потом забрался на свой мановар и приказал команде уплывать…
- Мановар? Ты ведь никогда не был капитаном!
- Я…э… Вообще, у меня дела! Меня Адам просил помочь это, как его…
- Не утруждай себя объяснениями, иди.
Боцман ушёл. Я остался один со своим дневником. Обмокнув перо в чернилах, я принялся писать ещё одну главу, о том, как мы навещали испанскую колонию Коста Синистра.

[theGOOPIE]

Глава 3. Проклятье дальних морей.

- О Карамба! – с криком выплюнул лягушачью лапку Эндрю.
- А, по-моему, очень даже ничего, - возразил Диего, забирая себе порцию боцмана.
- Ага, вы даже не представляете, как трудно их транспортировать, - решил блеснуть умом Адам, - их же надо доставлять живыми! Вот, помню, вёз я как то партию лягушек из…
Мы прибыли на Айль де Оранж и заказали в здешней таверне их фирменное блюдо. Мы спокойно вошли в гавань, ведь для французов мы – нейтральная сторона.
- А ты представь, как они ползают. – Сморщил нос Девид, после чего добавил, - Бее…
- Вот только не надо за столом, - подал я голос, - иди на улицу выйди, если плохо.
- Да нет, мне не плохо. Мне как раз очень даже хорошо… Вы только посмотрите на эту официанточку!
- Да-а, - зачарованно поддержали его Адам и Эндрю.
- А какие формы… Слушай, кэп, иди, познакомься!
- Дейв, ты чего? – смущённо отвёл глаза я. – Мы здесь всё равно ненадолго, так что зачем зря тратить время?
Эта француженка на самом деле была чертовски хороша. Кудрявые волосы, пышные формы, шикарное декольте и, что самое привлекательное, родинка справа над губами. Ох, как жаль, что она не моя невеста…
- Ну кэп, - ехидно посмотрел на меня Адам, - давайте, не упустите шанс, а то Эндрю сейчас напьётся и пойдёт к ней приставать.
- Его дело, а я не хочу.
- Да в самом деле, - оторвался от лягушачьих лапок Диего, - чего вы прицепились? Не хочет человек – значит не лезьте.
- Ой, умничаешь, да? – обиделся Адам.
- Да нет, констатирую факты…
- Опять умные слова говоришь, да? Эй, дамочка, - обратился казначей уже к француженке, - будьте так любезны, принесите нам вина. Три бутылки. За счёт… Капитана.
Я немного ошалел от такой наглости, но мне было стыдно при девушке возмущаться. Вместо отказа я лишь уверенно качнул головой, соглашаясь с заказом.
- Эй, кэп, - позвал меня Адам, заметив, что я начинаю злиться, - я же вам только помог. Теперь эта дамочка считает, что вы – хорошо обеспеченный и дружелюбный человек…
- Да вы совсем рехнулись?! ВСЕ!
Я резко встал из-за стола и направился в сторону, куда ушла француженка. Настигнув цель, я её позвал.
- Простите, мадемуазель…
Она обернулась и глаза её стали похожи на блюдца. Я её обнял и поцеловал.
Все сидящие за столом одобряюще засвистели и зааплодировали. Француженка даже не пыталась сопротивляться, даже положила руки мне на плечи. Так продолжалось около минуты. Я убрал от неё свои руки, она свои, после чего дала мне хорошую пощечину. Да, не понимаю я этих загадочных существ – женщин…
- Да вы просто ловелас, кэп, - удивлённо выдавил из себя Адам, когда я вернулся обратно, - просто монстр поцелуев…
- Да пошёл ты, - отмахнулся я.
Полдня мы провели в таверне. Та девушка отказалась нам подавать что-либо, и вместо неё нам приносил выпивку и еду трактирщик. А жаль, девчонка была куда симпатичнее.
Мы спросили трактирщика о Джулиусе Реверчи. По его словам – это небольшого роста, всегда опрятно одетый человек, уже переживший свой средний возраст: ему было около шестидесяти лет. Проживает в двухэтажном доме на втором этаже, один.
Я оставил своих ребят в таверне а сам направился по адресу, который за десять золотых получил от владельца таверны. Домик оказался непримечательным и не выделялся из общей массы построек на этом острове. Одно радовало, пока я ходил по улицам – сезон штормов кончился и наконец в полную силу грело яркое солнце.
- Кто там? – спросил хриплый голос за дверью, как только я постучал.
- Вам письмо, - ответил я.
Дверца отворилась. Да, трактирщик сказал абсолютно верно про внешность. Старик осмотрел меня с ног до головы, потом сказал:
- Ну что же вы, капитан Шарп, стоите. Проходите.
Я даже удивляться не стал, что меня откуда-то знают. Просто вошёл в квартиру. Внутри помещение выглядело довольно уютно, и, к тому же, владелец явно увлекался литературой: все полки были буквально забиты книгами, что в наше время большая редкость.
- Прошу прощения, господин Шарп, - прервал мой осмотр Джулиус, - могу я узнать ваше имя?
- Имя? Вы же только что его назвали, когда обращались ко мне…
- Нет, нет, я назвал лишь фамилию. Вас невозможно отличить – вы точная копия своего отца в молодости… Потому я и назвал лишь фамилию.
- Ага, понятно. Тогда, Николас Шарп, к вашим услугам.
- Джулиус Реверчи, - сделал поклон старик.
- Я знаю, как вас зовут. О, совсем забыл, вам же прислали письмо!
- Нет-нет, не желаю ничего знать! – возмутился Джулиус. – Выкиньте его или подотритесь этими бумажками!
- Как грубо. – У меня моментально улетучились все мысли о порядочности этого человека. – Между прочим, я плыл пять дней от отправителя до вас, и с вашей стороны будет хамством не принять его!
- Ну хорошо, хорошо, - старик неохотно взял из моих рук письмо, - теперь вы довольны?!
- Отнюдь. Скажите, пожалуйста, где сейчас находится ваш сводный брат?
- Брат? У меня нет брата.
- Но…
- Он умер три года назад. Ничем не могу помочь.
- Прошу прощения, - извинился я, - тогда я, пожалуй, пойду.
- Желаю удачи, - сказал он, когда я подошёл к двери, - и ещё, капитан Николас, если вам вдруг понадобится скопировать какие-нибудь бумаги, обращайтесь ко мне. Я, знаете ли, за деньги могу вам даже корсарский патент нарисовать, хе-хе…
- Не уверен, что ваши услуги мне понадобятся…
Дверь за мной закрылась. Да, неприятный старикашка. Ни за что к нему не вернусь, какое бы дело ни было. Если я хоть раз ещё здесь появлюсь, я повешусь на собственном камзоле!
Я решил прогуляться – благо, погода располагала. Я подумал: если Англия официально считает меня врагом, равно, как и Испания, то почему бы мне не попросить французский корсарский патент? Хотя, нет. Быть мальчиком на побегушках… Не хочу. Легче прийти к Джулиусу Реверчи и… Нет! Я ведь обещал!
Местный магазин был недалеко от дома Джулиуса, туда я и направился. Всего двадцать шагов – и передо мной красивое кирпичное здание-склад с магазином и комнатой торговца одновременно. Видимо, торговец сильно дорожит рабочим местом, раз даже спит там.
Им оказался довольно молодой человек, считающий прибывшие товары. Он пересчитал тридцать бочек чего-то, после чего удовлетворённо кивнул и потянулся за деньгами. Торговец достал из под лавки увесистый мешок, размером с крупный арбуз, и в нём явно звенело золотишко. Деньги отправились в руки… Моего казначея?!
- О, капитан! – радостно заулыбался Адам, показывая мне мешок. – Я ведь обещал прекрасную прибыль?
- Ух ты, - выдавил я из себя, - и сколько там?
- Три тысячи, и ни монеткой меньше!
- Чёрт, да это же просто прекрасно!
Действительно, три тысячи за такой груз пшеницы (как позже выяснилось), да и такие деньги… Вот уж не поверил бы, если бы не видел собственными глазами.
- Капитан Шарп, - почтительно поклонился Торговец, - Дрей Вачовски к вашим услугам. Не хотите ли посмотреть кое-что лично для себя? Как раз ровно час назад мне завезли прекрасную партию холодного оружия…
- С удовольствием.
Он достал толстенный свёрток и развернул его. Перед моими глазами предстали мечи, сабли, палаши и катаны прекрасной ковки. Взглянув на своё оружие, я немного застыдился…
- Это меч мальтийских рыцарей, - Дрей взял двумя руками в метр длинной меч, заточенный с двух сторон. Действительно, такими мечами пользовались рыцари, но довольно давно – около сотни лет назад. К тому же, он очень тяжёл, и носить его не слишком удобно.
…Это скьявоне, прекрасный клинок ручной работы, - действительно, рукоять довольно вычурно скована, на чересчур тонком лезвии красуется дракон… Нет. Такое оружие можно повесить на стенку в качестве украшения, в бою он малопригоден.
…Превосходный тан-жи-летамо, из Японии, в одном количестве. – Да, такое оружие вызывает уважение, издревле японские мечи считаются самыми лучшими во всём мире. Разумеется, для такого оружия требуются определённые навыки и своя система боя, к тому же этот клинок два метра длинной… нет.
…Казачья шашка, используемая сами понимаете кем, - скромно улыбнулся продавец, показывая короткий изогнутый клинок, используемый не для пеших, а для конных баталий. У меня нет коня, зачем мне шашка?
…Турецкая сабля, она… - однозначно, нет.
…Обоюдоострый клинок тибетских воинов… - туда же, куда и турецкую саблю.
- Меня ничего не заинтересовало, - жаль, конечно, но это так.
- М-да. Тогда, капитан, прошу вас взглянуть на кое-что, на что я не даю смотреть обычным посетителям…
Он достал ещё три клинка. Первый – «Самовозгорающийся» клинок. Конечно, сам он не горит, за то сделан из такого сплава, что не темнеет, не нагревается и не плавится. К тому же, он снабжён неким механизмом, дающим искры: достаточно облить клинок горючей жидкостью, и он будет гореть около часа. Напоминает меч мальтийских рыцарей. Быть может, именно с таким мечом ходит по небесам архангел Михаил?
Второй – «Отравленный» клинок. Имеет такую структуру, что любая жидкость, попавшая на него, остаётся на нём надолго и не стекает. Так же, в рукояти присутствует механизм, подающий на лезвие заранее подготовленный яд. Полезная штука, но в массовых боях плоха. К тому же, очень короткая (всего тридцать сантиметров). Похожа на мой кортик, только чуть длиннее…
И третий – «Пила». Похож на абордажную саблю, но с зазубренным с одной стороны лезвием. Крепчайшая сталь, и, к тому же, очень легка. Прекрасно выкованная рукоятка, позволяет менять рабочую руку без особых проблем. Отделана серебром. И, знаете, что? Я её купил!