"Новая война"

[TheMysticalPanther]

Очень грамотно (не поверите, но я получала огромное удовольствия от правильной расстановки знаков препинания) и интересно пишите, автор.

Вот я так и знала, про4итав о том, 4то у морфа есть 3 друга, сценки с у4астием этой великолепной 4етверки будут уморительными) Парни все-таки Х)

Лежать было жутко неудобно, а рассматривать комнату в полумраке и вовсе было делом затруднительным.

и какого обеана

Будь добр, Метц, пожуй крылья

Для выхода жидкости природа иные места предусмотрела!

О4ень улыбнул мимолетный и острый юмор.

Блин, писала это пост по ходу про4тения... И моя заметка о юморе медленно потеряла смысл, когда я дочитала 5ую главу. Не ожидала смерти друзей, ну никак.

Все, присоединяюсь к жаждущим продолжения 4итателям)

Маленькие замечания, чисто как от читателя, а не писателя:
Во 2ой главе слово смачный прямо выбилось из всей стилистики текста.
В 3ей - окрашивался красками, тавтология.
В 5ой - перегибал планку. Это уже стало устой4ивым выражением: либо перегибал палку, либо переходил (или как там?) планку.

[Kotyara7771]

Очень грамотно (не поверите, но я получала огромное удовольствия от правильной расстановки знаков препинания) и интересно пишите, автор.

Девушка, а вам самой видать, ну очень тяжело вместо 4-ки букву Ч ставить.

[TheMysticalPanther]

Девушка, а вам самой видать ну очень тяжело, вместо 4-ки букву Ч ставить.

{офф}: А Вам тяжело было поставить запятые при вводном слове?
Да еще и следом напе4атали лишнюю.
Ваш сарказм уже для меня не нов, ни4ем не удивили.

[Kotyara7771]

А Вам тяжело было поставить запятые при вводном слове?
Да еще и следом напе4атали лишнюю.

Простите, с запятыми у меня всегда проблемы были.

[DeMoN33666]

автор где обещанное продолжение?(((

[olexiy18]

Автор, ну куда же ты пропал?

[qMineralq]

Автор даешь еще!
Очень интересно

[NikZol]

Автор схватил вирус и форматировал диск...
Прошу прощения у всех, кто ждёт, я в кратчайшие сроки напишу потерянную главу заново)
и огромнейшее спасибо всем за отзывы))

[NikZol]

Как и обещал)

Глава 6.

Вечер, такой желанный и долгожданный, опускался на земли Идеального Мира, сменяя знойный день. Оранжевое, словно большой апельсин, солнце медленно опускалось за горизонт, с каждой секундой краснея, словно от стыда - шутка ли, такой жары не было уже давно, и прохлада приближающейся ночи была спасением. Небо окрашивалось в цвета небесного светила, приятно контрастируя с ярко-зеленой листвой многовековых деревьев; лёгкий ветерок пробегал по высокой траве, слегка пригибая её к земле и одаряя её свежестью. Веселое, но уже какое-то сонное щебетание птиц постепенно утихало, что, впрочем, лишь усиливало ощущение наступающей безмятежности.
Аркла, похоже, не замечал смену дня и ночи. Он бежал, быстро бежал уже девять часов кряду, надеясь успеть, желая не опоздать, в глубине души всё же осознавая, что может быть уже слишком поздно. На своих сильных лапах тигр передвигался весьма быстро, резкими прыжками, перемахивая через ямы и ручейки, не обращая внимание на ноющую боль в конечностях. Сейчас ничто более не тревожило его, как новость, которую он узнал от своих друзей.
При воспоминании о друзьях глаза начинало предательски щипать, но сильный духом Аркла списывал всё на слишком сильные порывы встречного ветра. Однако подсознание упорно подкидывало ему моменты из его, как тигр сам решил, прошлой жизни - смеющиеся, счастливые лица друзей, их голоса, которые оборотень слышал будто бы отдалённо...
- Ничего этого более нет, - говорил он сам себе, - более нет и никогда не будет.
Аркла прекрасно понимал, что обманывает сам себя, что не может не думать о тех, кого потерял, пусть даже это и не его вина. Он знал, что уже ничего не может исправить - кроме того, что должен спасти тех дорогих ему, кто еще остался в живых.
Война с Бездушными... Отец часто говорил о том, что они вернутся, что месть за убитых восемнадцать легендарных командиров будет страшной - и дело отнюдь не в количестве павших, а в том, какой страх нависнет над Идеальным Миром, какие тяготы его жителям предстоит вынести. Аркла хоть и надеялся на то, что этого никогда не произойдет, всё же сейчас уже не мог себя обмануть - это УЖЕ случилось, и кто-то должен это остановить.
Проблема была лишь в одном. Тигр прекрасно знал, кто напал, - он не мог и предположить, кто или что заставило бездушных вновь пойти войной спустя всего лишь одиннадцать лет.
Солнце зашло за горизонт, забрав с собой последние лучи света; казалось, луна должна вознестись в небе, но этого не происходило. Аркла, прекрасно видевший ночью как днем и без луны, продолжал свой бешеный бег и не переставая думал. Думал, успели ли Бездушные претворить в жизнь свои планы, думал об отце, о погибших друзьях... Как же так, все трое, в один миг... Эта ужасная мысль пчелиным жалом вонзалась в разум оборотня вновь и вновь, впрыскивая свой яд сладостных воспоминаний. Как же отец... Убили, зачем? Как проникли мимо стражей?
Мысли не давали покоя, и Аркла бежал, уже не обращая внимание на то, что видит. Зрение будто бы отключилось, уступив место воспоминаниям и размышлениям. Радость от недавней встречи с друзьями сменялась бесконечной печалью от их погибели, ощущение счастья - притом, весьма безосновательного, - всепоглощающей грустью. Сердце болело, будто его пронзили кинжалом, - хотя ничто так сильно не ранит, как потеря самых близких людей, и никакой кинжал не идет с нею в сравнение. Как много утрат еще предстоит пережить - тигр не знал, и шел со своей новой, избранной им судьбой рядом, нога в ногу, навстречу надежде, прочь от страданий и боли.
Уставшие лапы давали о себе знать, с каждым разом совершать прыжки было всё труднее, и зооморф решил передохнуть. Мысли отступили, зрение снова вернулось. Рык облегчения вырвался из его пасти - вот он, город Оборотней, совсем близко! Цел и невредим, древние каменные стены, изрисованные причудливым орнаментом, всё так же крепко стоят на защите города, воздух чист и свеж...
Что-то было не так.
Пока оборотень размышлял, что же именно вызвало подозрения, он услышал приглушённый раскат грома. На небе не было ни облачка, лишь редкие звезды весело подмигивали ему.
Ощущение надвигающейся опасности захлестнуло Арклу; вместе с ней в кровь хлынул адреналин. Сняв с пояса яркий, блестевший от собственного оранжевого сияния топор, тигр встал.
Ничего не происходило. Раскат грома был столь же мимолётным, как и промелькнувшее сомнение оборотня о его источнике. Однако всплеск эмоций будто бы отрезвил его и прогнал усталость. Аркла убрал топор за пояс, прошептал что-то себе под нос и превратился в большого, ослепительного белого даже в ночной тьме тигра. Оставался лишь прыжок через маленькую речушку, чтобы добраться до родного города, и оборотень его сделал...

*******

Лёгкий треск пламени каминного огня вывел его из оцепенения. Мысли путались, сворачивались в тугой клубок и снова становились одной длинной ниточкой. Нужно было что-то решать, и решать немедленно. Нетерпение управляло им, и решительность была полноправной хозяйкой его раздумий.
Так много убийств... Зачем? Ну как, ты же мечтал об этом с ранних лет... Мечтал и воплощаешь эту мечту. Так и должно было случиться, если не он, то кто еще? Нет, это главное дело его жизни и останавливаться на достигнутом ни в коем случае не стоит. Конечно, можно было бы прекратить всё сейчас... Но разоблачения совсем не хочется. Ни капельки. Хочется признания. Признания, которого так долго он ждал. Хочется разбить вдребезги всё то унижение, которое он испытывал почти с самого рождения, показать, кто здесь главный...
Но для этого стоит потрудиться... Своими ли руками? Они ведь и так сделали бОльшую часть задуманного. Построили фундамент, пьедестал, на который он триумфально взойдет...
Пора.
- Друг мой, я полагаю, что мы не должны терять ни минуты.
Вторая фигура, так же скрытая под плащом, сидела в кресле напротив.
- Солидарен с вами. Целиком и полностью. Мы должны быть внезапны и... не можем дать им ни единого шанса.
- Его и не будет. Я не допущу. Вы чётко помните свой план?
- Конечно. Я даже ношу его в кармашке плаща, - невидимая, но ощутимая улыбка отразилась на лице второй фигуры. - И перечитываю по возможности - настолько сладостна награда.
- Славно, славно. - Он встал, слегка покачиваясь от выпитого вина. - Они тоже в нетерпении. Я думаю, мы можем начинать...
Скрипнула дверь, и две фигуры в черных мантиях вышли в безлунную ночь. Последнюю ночь.

*******

Аркла сидел в Пещере Четырёх Миров. Кружка горячего напитка из настойки палочника стояла рядом, но оборотень к ней даже не прикоснулся. Сейчас не это было главным - жажда, которая жгла горло, совсем не заботила его.
Старейшина Мун Тахао сидел напротив и внимательно слушал. Слушал всё, что рассказывал ему тигр дрожащим голосом, изредка нахмуривая лоб или изумляясь, но ни разу не перебив. Шёл уже третий час ночи, когда Аркла закончил свой рассказ.
- Я понимаю, через что тебе пришлось пройти и горжусь тобой. Горжусь как своим сыном.
Чувство благодарности, безудержной и бескрайней, нахлынуло на тигра; но оно было слишком уж неуместным, поэтому Аркла прогнал его прочь.
- Спасибо, Мудрейший... Но вы должны понять, что Бездушные...
- Я знаю. Они готовят на нас атаку, все основные боевые силы стянуты к нам - силы, к сожалению, не только наши. - Опасения не были безосновательными, зооморф сейчас понял, что же за раскат грома он слышал.
- Если они идут на нас... То что с городом Цунами?
- Разрушен до основания. Мы в состоянии тежялейшей войны, Аркла. Предвижу твой вопрос и отвечу сразу - наш главный оплот, город Драконов, испепелён. На его месте сейчас одни лишь руины.
Комок застрял в горле у оборотня. Весь его мир был разрушен еще утром, и он думал, что это уже конец... Но нет, новая судьба пока не приподнесла ему приятных сюрпризов.
- И... Я понимаю, как бы это ни звучало... - Слова Старейшине давались с трудом, но он всё-таки сказал это. - Санте погибла, когда пыталась донести до нас весть о разрушенном городе Мечей... Мы нашли её тело недалеко отсюда. Верло выжил, хвала Небесам, - но раны такие... Мы верим, что...
- Всем нужно во что-то верить.
Слова вылетели изо рта Арклы помимо его собственной воли, будто были сказаны совершенно не им. Тигр не понимал, откуда взялась эта вдруг нахлынувшая секундной волной язвительность по отношению к старейшине.
- Что ты хочешь этим сказать? - На морщинистом лице Муна Тахао явственно проступило беспокойство и непонимание; он встал слишком резко для такого пожилого человека и направился к выходу из Пещеры.
- Я... Я не хотел вас обижать, Мудрейший... - Аркле было неудобно за предыдущие слова, однако он понял что же стало их причиной - еще тогда, в то трагичное утро, когда убили По Шаня, тигр предложил собрать воинов и двинуться на север... А этот старый дурак только и думает о том, чтобы тихо и спокойно отсидеться в своей уютной пещерке, лишь бы умирали и страдали другие люди, только не он!
Последнюю фразу Аркла произнес вслух - со злобой от безысходности, от невозможности вернуть то счастливое, беззаботное время, когда не нужно было думать о плохом, когда не было скорби и боли, печали и угнетения от пережитого.
То, что сказано - уже сказано.
Старейшина остановился; гулкий звук шагов замирал в древней каменной пещере, эхо затихало, а воздух, казалось, твердел от напряжения, так внезапно возникшего между теми, кто всегда ладил. Мун медленно повернулся к Аркле - на его лице отразилась глубокая печаль.
- Не ожидал от тебя таких слов. До боли в сердце обидно слышать это от того, кого и вправду считал своим сыном...
Второй раз за эту ночь Старейшина упомянул это сравнение, и вопрос пришел сам собой.
- Где ваш сын, Мудрейший? - В вопросе слышалось не столько любопытство, сколько стыд за сказанное и желание перевести разговор в другое русло.
Внезапность вопроса накалила обстановку; Старейшина решил не посвящать тигра в свое прошлое, поэтому уклончиво ответил:
- Он погиб. Погиб от рук проклятых бездушных. Эти мрази жестоко расправились с ним... Аркла, ты даже представить не можешь, как я хочу мести.
- Я представляю. Представляю, и месть я хочу подать в горячем виде. - Лапы оборотня сжались в мохнатые кулаки и тряслись от гнева и ярости, он забыл обо всем, лишь эти два чувства безраздельно властвовали сейчас в его душе. - Мудрейший, я хочу повести наши силы в бой. За моего отца, за моих друзей, за вашего сына, мы отомстим им. Я клянусь.
Оковы напряженности упали на пол, и если бы были материальны, то Пещера озарилась бы громким лязгом металлических цепей. Аркла встал, подошел к Муну Тахао и обнял его.
Луна поднялась неожиданно поздно, и Идеальный Мир, уже соскучившийся по ней, озарился её платиновым светом. Серебристый лик ночного светила сиял как никогда раньше, проливал на землю множество своих по-ночному холодных лучей. Спокойствие царило в природе, казалось, ничто не могло ему помешать.
Тигр и Старейшина вышли в ночь, прошли по мягкому песку степи к стене города Оборотней, взобрались на нее и посмотрели вдаль.
- Знаешь, Аркла... - Борода старейшины искрилась и сверкала в лунном свете, отчего казалась ослепительно белой. - Я тоже терял друзей, которые были мне роднее всех на свете. Я потерял сына, я потерял двоих близких друзей на этой войне с Бездушными... Зачем она? Вечерами я сижу и думаю об этом - и не нахожу ответа. Не нахожу ответа на многие свои вопросы. Может, старость уже окончательно зажала меня в свои обьятия, - мудрец еле заметно улыбнулся, - а может мне просто не дано постигнуть всех премудростей жизни... Одно я скажу точно - Аркла, я тебя понимаю, прекрасно понимаю, что ты чувствуешь, и...
Конец фразы потонул в нарастающем шуме - словно кто-то, очень большой, массивный ступал по земле, неотвратимо приближаясь.
Они и правда приближались; ночная тьма и тень от гор были прикрытием, но блестящие в темноте глаза выдавали их. Глаза убийц, жаждущих крови, жаждущих смерти и её страха в глазах своих жертв.
Аркла отшатнулся; он почувствовал исходящую от Старейшины ощутимую волну силы и ярости. Мун Тахао развернулся к городу и начал что-то быстро шептать на непонятном языке, делая весьма странные движения руками. Земля затряслась, огромный столб песка поднялся над нею; что-то огромное формировалось прямо на глазах у оборотня.
В ту же секунду начала рушиться Пещера Четырёх Миров. Это было обманчиво - она не рушилась. Оживал камень.
Аркла сам всё понял без лишних слов, обратился в белого тигра и побежал вглубь города, громко рыча, призывая всех встать на защиту города. Впрочем, жители сами выходили из своих домов - едва заслышав гул приближающейся орды, треск камня и завывание песчаного ветра. Огромное количество оборотней, друидок, уцелевших людей, сидов и амфибий собиралось на главной площади перед южными городскими воротами, откуда наступал враг. Сотни взмыли в воздух - кто на белоснежных крыльях, кто на пылающих огнем грифонах, кто на серебристых плавниках, кто на золотых мечах.
Город готовился к обороне.
Шесть тысяч воинов - всё, что осталось на защите Идеального Мира. Два великана - каменный и песчаный - ожили и присоединились к ним.
Восемнадцать тысяч бездушных наступали с юга. Силы были явно неравны. Равными были лишь чувства, движимые ими.
- Открывай ворота! - Безрассудство охватило Арклу, выступившему впереди всех. - Нападем в лоб, нам нечего терять! Сметем этих тварей, уничтожим их и отпразднуем победу на их мерзких телах!
По толпе прокатился гул недовольства.
Аркла ждал этого и знал, что никто не захочет умирать на поле битвы просто так.
"Людям нужно во что-то верить; лишь вера спасёт тебя в трудный момент, наставит на верный путь, сохранит жизни или принесет их в жертву благой цели".
Тигр повернулся спиной к открытым воротам, обратившись к своим воинам. На чьем-то лице он прочитал страх, на чьем-то уверенность. Он точно знал, какие слова нужно подобрать, чтобы повести свою армию в бой, сделать их бесстрашными перед лицом смерти.
- Друзья, -- громкий голос Арклы пронёсся над толпой так, что каждый смог уловить его обращение. - Мы здесь не потому, что нас вынудили тут быть. Мы сами сделали свой выбор. Это Бездушные тут из-за нас, а не мы из-за них. Наши жизни главнее чьих бы то ни было жизней. Мы вступили на этот путь и должны дойти до конца. Во имя нас, во имя наших детей, во имя тех, кто погиб, во имя тех, кто будет жить. Разорвем их в клочья!
Последние слова тигр произнес с гулким рыком, воинственным и страшным. Толпа ответила ему громкими криками одобрения и подняла оружие, заблестевшее в свете полной луны.
Пора.
Аркла вышел из ворот, оставив где-то там, позади все страхи, потери, обиды и печали. Он был полон решимости и мести, и шел, медленно шел вперед, ведя за собой шесть тысяч воинов, неся ответственность за шесть тысяч жизней.
Сегодня или никогда.
Аркла ступал по мягкому песку навстречу своей судьбе. Последние остатки посторонних мыслей он уничтожил, сейчас более ничто не интересовало его, кроме орды бездушных, которая приближалась, неумолимо приближалась с каждой секундой, с каждым вздохом, с каждым шагом.
Он всё понял, понял кто стоял за всем этим, но обратной дороги не было.
Он знал, что умрет сегодня, знал, что сделал ошибку, избрав новый путь - ведь он мог бы не следовать примеру отца, а спокойно идти вот там, в толпе, и умереть как все, будучи пронзенным острыми когтями или ядовитой стрелой... Но Аркла не был таким. Он спокойно шел навстречу своей смерти, гордо подняв голову; ни капли страха не было в его больших черных глазах.
До первых бездушных оставалось лишь пятьдесят шагов. Пятьдесят шагов до битвы, пятьдесят шагов до смерти. Аркла остановился, огляделся вокруг... Как прекрасны родные места, подумалось ему. Он вдохнул свежий ночной воздух полной грудью, ощутил еще не ушедшую в ночь теплоту нагретого за день песка...
Легко умереть. Не так легко отказаться от жизни.
Двадцать один шаг... В мире оставалось так много мест, где он не был, так много людей, с которыми он не виделся, так много всего того, чего ему не удалось испробовать. Боль и унижение - вот что пронизывало его жизнь с самого начала.
Последняя мысль была чужой, не своей... Ощущение инородности на секунду промелькнуло в сознании Арклы, но в следующее мгновение времени на раздумья не осталось - враг навалился всей своей силой, всей мощью. Лунный свет осветил клыки, когти, острые мечи, наконечники стрел, обезображенные и окровавленные морды бездушных - волков, львов, тигров, обгоревших трупов.
Аркла увернулся от шести врагов, налетевших на него. Те, кто стоял позади него, расправились с нападавшими.
Первая капля крови упала на остывающий песок.
Зооморф взревел от ярости. Хитросплетением слов, молниеносным вращением своего топора он раскалил воздух вокруг себя; широко раскинув лапы и издав рык, Аркла создал сгусток энергии и, крутанувшись на месте, послал ярко-оранжевую волну вперед себя. Враги, не ожидавшие этого, застыли на месте и упали навзничь, более не двигаясь.
Настоящая бойня началась в предместье города Оборотней. Свистели стрелы, вонзаясь в плоть, сверкали копья и мечи, карающе опускаясь на головы, дробя кости. Топоры, чакрамы и луки раскалились добела, заклинания произносились с ошеломляющей быстротой; две армии сражались не на жизнь, а насмерть. Песок был залит кровью, тут и там лежали поверженные тела, а лунный свет померк перед сиянием битвы.
Быстро редела армия Бездушных, но так же быстро редела и армия защитников.
Песчаный великан хватал врагов и раскидывал по сторонам, прямо на острые скалы. Каменный голем, впервые призванный за многие тысячи лет, был не менее яростен - он крушил всё на своем пути, оружие Бездушных было ему нипочем. Каменные, грубо отёсанные руки были в крови всё наседающих врагов.
Аркла успевал не только уничтожать Бездушных, но и раздавать указания своим воинам. Враг начал понемногу отступать, несмотря на своё преимущество, но лишь тигр понял, что это ловушка.
Он не успел сдержать ринувшихся вперед великанов - был слишком занят набросившейся на него группой из трёх десятков врагов. Он бил их, они били его. Окружив его в кольцо, Бездушные воззвали к небу непонятным рычанием, и стали обрушивать удары на зооморфа с удвоенной скоростью и проворством.
- Ну уж нет, парни!
Молодой воин влетел в толпу нападавших и издал поистине львиный рык; казалось, призрачная, отливающая золотом морда царя зверей угрожающе нависла над ними. Бездушные ошеломленно замерли, будучи не в силах пошевелиться. Воин улыбнулся Аркле.
- На счет три! Раз, два, три!
Огненные драконы закружили вокруг кучки обгоревших солдат. Аркла верно подметил момент, чтобы нанести свой удар. Казалось, накопленная им ярость сейчас выплеснется наружу и растратится впустую, но нет - тигр присел, красный от крови песок вокруг него накалился. Аркла подпрыгнул - топор заалел от силы, созданной заклинанием, - и с силой взрыва опустился на землю, ударив топором. Стена огня поднялась из ниоткуда, всепожирающий взрыв поглотил тридцать окруживших и еще полсотни оказавшихся рядом врагов. Зооморф повернулся, чтобы поблагодарить воина, так вовремя подоспевшего на выручку - но лишь увидел, как тот, неестественно выгнув правую руку и уткнувшись лицом в песок, лежит на земле, пронзённый горящими стрелами. Тонкая броня не выручила юношу.
Аркла посмотрел вперед и обомлел. Песчаный гигант словно рассеялся, и лишь облако пыли над сражающимися напоминало о его недавнем присутствии. Голем, стойко державшийся, начал падать на колени, успев что-то наколдовать в особо плотную толпу врагов - огромная глыба вырвалась из недр каменного чудища и покатилась с оглушительным грохотом, сметая Бездушных на своем пути; это было последнее, что голем сделал - он повалился на землю, рассыпавшись грудой камней.
Сиды, зооморфы, амфибии и люди, хоть и храбро сражались, начали отступать, впрочем, не прекращая отвечать атакой на атаку. Крови было уже так много, что песок начал хлюпать под ногами, превратившись в вязкую массу, и передвигаться по нему было всё сложнее. Аркла, осознавая некую безвыходность своего положения - снова толпа врагов ринулась на него, - встал, широко расставив ноги, и стал ждать.
Земля, казалось, посинела под его ногами.
Бездушные приближались, не осознавая ничего - жажда убийства двигала ими. Аркла закрутился на месте, молнии, настоящие молнии извергались с острия его топора, а земля ****ожала, отбросив врагов назад, забрав их жизни. Зооморф оглянулся и понял - пора отступать, необходимо сберечь жизни, пока не поздно, пока не разгромлена вся армия защитников...
Он не успел.
Что-то больно ударило его по голове, а затем в спину вонзился острый нож.
Затылком он почувствовал горячее дыхание, а до боли знакомый голос прошептал:
- Не смей мешать...
Аркла упал на колени, истекая кровью, и обернулся. Сзади никого не было, кроме своей же армии, а впереди - лишь орда Бездушных, которая наступала, перепрыгивая через трупы своих же собратьев, .
Ему могло лишь почудиться, но ощущение пронзённой плоти не давало покоя - значит, угадал...
Времени думать не было. Оно ушло, и сознание покинуло оборотня.

[weraoka]

... дааа....
..слов нету.... потрясли...
NikZol вы бесподобно пишете.... такую главу стоило ждать.... надеюсь на скорое продолжение!
спасибо за написание столь захватывающего рассказа!!!