Пыль.

[iRoveRi]

Вообще-то очень даже хороший рассказ, но по сравнению с тем, что я читал...

[Microskope]

Лэндо, ты как вегда на высоте=) Интригант ты наш=)

[Heartless_ScReam]

Хоть и первый ваш рассказ не читал,но этот мне понравился,жду продолжение.
Мб пойду прочитаю ваш первый рассказ)

[FaltaDeMemoria]

Почему-то сразу вспомнился Пехов и его "Танцующий в тенях")

[LandoTK1]

Честно говоря понятия не имею кто такой Пехов Вообще стилистика изложения похожа на Г. Гаррисона. По крайней мере мне так кажется

[vjgj]

Гаррисона? из южного парка чтоли)))))))))

[ioangrozni]

я в шоке...
всё замечательно, по крайне мере на мой вкус, ярко описанные мелочи которые создают мир...это так прелестно...
единственно что не нужно так много смаковать "крутость" героя, вот его бы чуть по проще.... и будет идеал...
как то так... а на самом деле творите так что бы нравилось вам...

[tarantur]

Начало рассказа мне очень понравилось
Но судить в целом можно только тогда когода прочитаешь от начала до конца
Такшто с нетерпением жду продолжение

[tata200]

Начало заинтриговало) Буду следить за развитием сюжета.

[LandoTK1]

Гаррисона? из южного парка чтоли)))))))))

Падсталом. Правда не являюсь поклонником этог омультсериала, но Гаррисон о котором говорил я, стал известен несколько пораньше. В 60 годы. Популярный американский писатель -фантаст.

По поводу ремарки об излишней крутости героя --так задумано Не говори, что грозен, встретишь грозней.

А в общем огромное спасибо за отзывы и внимание к рассказу. Третья часть.

Итак клан «Пыль». ЧТО я о нем знаю? После минутного копания в собственной памяти мною был получен совершенно ошеломляющий результат – большая дуля с маслом. Это было странным, хотя следовало уже привыкнуть, что странности преследуют меня с самого утра. Я достаточно неплохо разбираюсь в нынешней политической ситуации, чтобы знать всех основных игроков, но готов поклясться , что никогда не слышал ни о каком клане с названием «Пыль». Насколько мне известно, он не владеет даже одной единственной территорией, и просто никак не может являться серьезным военным противником. Тем более для действительно могучих кланов, которые правят многими десятками земель. И тут возникает главный вопрос — зачем моему таинственному нанимателю прибегать к моим услугам, когда любой из серьезных кланов с легкостью решит эту задачу, причем за гораздо более скромные деньги.

Да-да. Именно так. За гораздо меньшую сумму. И я не бахвалюсь. Так уж получилось, что я, и другие такие как я, занимаемся лишь особо сложными делами. Мы – последняя инстанция. Когда могучая армия терпит поражение на поле боя, только тогда зовут нас. Причем зовут с опаской и правильно делают.

Хотя «нас» -- это не совсем правильное слово. Я допускаю, что в нашем мире есть еще несколько специалистов моего профиля, но я никогда не встречался ни с кем из них, и , надеюсь, не встречусь никогда. Я очень не люблю зеркала, и потому совсем не хочу увидеть себя со стороны. Я одиночка по природе, и должен вам доложить, что прожил бы не больше часа, если бы количество людей, знающих обо мне и роде моих занятий не стремилось к абсолютному нулю. У меня нет семьи, друзей, я не могу спокойно поболтать за жизнь в очереди у телепорта. Я вообще не имею права болтать. Это плата за мое положение. Это судьба. Впрочем, довольно лирики.

Когда появилась моя профессия – не знает никто. Мне кажется, количество несправедливости, проблем и неразрешимых конфликтов в мире должно было рано или поздно привести к возникновению таких людей , как я. Ибо мир так устроен, что не должно быть ни одной такой хитрой задницы, на которую не найдется, ну вы сами понимаете что. И вот этим «сами понимаете чем» я и являюсь. Нет-нет, меня ничуть не смущает это сравнение. Все же я совершаю тяжелую работу на радость кокому-то дяде, и за свой тяжкий труд много получаю. Все честно.

Поскольку профессия не сильно распространенная, то названия ей так и не придумали. Мне к примеру нравится называть себя «Доктором», хотя к медицине я не имею никакого отношения. Все остальные обыватели презрительно назвали бы меня, «наемником» или ( в особо тяжелом случае) просто « эта ?№;%№:??*?!!!! ».

Должен сказать, что порой подобное обращение бывает вполне заслуженным, особенно от лица потерпевшей стороны, но вот называть себя наемником я бы не стал. Я берусь за работу только в случае, когда уничтожение заказанного клана не противоречит моим собственным житейским принципам. Я горжусь тем, что никогда не брался за работу, которая не казалась бы мне справедливой. А справедливость в моем понимании очень проста. Никто не должен иметь слишком много власти. Точка. Когда могучий клан подминает под себя всех соседей, и устанавливает свои порядки во всем мире, только тогда я берусь за работу по уничтожению этого клана. Так что мне приятнее думать, что я работаю не за деньги, а за идею.

До сегодняшнего дня, естественно... В данный момент, тут надо честно признаться, хотя бы самому себе, я просто спасаю свою собственную шкуру. И мне этот процесс не нравится совершенно.
Итак цель известна. Некий клан «Пыль». Чем уж он не угодил моему нанимателю, я совершенно не представляю. Но надеюсь, когда я поближе познакомлюсь с этим кланом, мне станет ясно кому выгодно его уничтожение. И только тогда я приму окончательное решение, и еще неизвестно, что будет справедливей – уничтожить клан или все же заказчика. С этим разобрались.

Теперь подумаем о методах. Тут думать особенно нечего – я всегда действую изнутри. Возможно это лишь потому, что матушка природа наградила меня одной очень полезной аномалией. Скорее всего, это чудовищное отклонение от нормы. Возможно даже болезнь. Пусть так. Но я не представляю как бы я жил, и кем бы в итоге стал, не имей я своего дара.
Если в двух словах -- я могу выбирать кем мне быть. Да-да, именно так. Для тех, кто родился человеком, или там сидом , или амфибией это просто невозможно представить. Если ты родился жрецом, то уж будь уверен, жрецом и помрешь. У человека, зооморфа, или там сина не хватит фантазии вообразить, как это вообще возможно, свободно выбирать принадлежность к тому или иному виду. А еще у них уж точно не получится представить, насколько подобная трансформация болезненна…

Впервые это произошло, когда я мальчишкой свалился со стены своего родного Города Мечей прямо в защитный ров с водой. Сейчас уже не вспомню, за каким чертом меня понесло на острые шпили охранных башен, но сам момент падения помню отлично. Время словно остановилось. Медленно-медленно мимо меня проплыли испуганные лица моих друзей. Глаза у всех были как огромные блюдца, что почему-то вызвало у меня истерический смех. Я хохотал, и медленно медленно уплывал от их выпученных глаз и раскрытых щербатых ртов куда-то в синеву неба. Потом все неожиданно кончилось, время вновь вернулось к своему обычному ритму и я рухнул с чудовищной высоты прямо в голубые небеса. В те самые небеса, которые так красиво отражались в грязной и мутной воде охранного рва. От удара об воду я почему-то не потерял сознания, а только почувствовал чудовищную боль во всем теле. Я попробовал закричать, и тут же наглотался тухлой стоячей жидкости. От запаха и вкуса этой жижи меня скрутило, я мысленно пожелал тут же умереть и наконец вырубился.

Очнулся я со странным ощущением легкости во всем теле. Была глубокая ночь, и на небе сверкали миллионы звезд. Почему-то мне показалось, что их гораздо больше, чем обычно. Я глубоко вздохнул. Воздух был спертый, и почему-то отдавал тухлятиной. Я потянулся всем телом и вдруг замер , словно пораженный громом. Мимо меня, прямо на уровне глаз завис мой собственный ботинок. Несмотря на мой юный возраст, я уже тогда догадывался, что ботинкам летать не положено. Тем более в такой прекрасный день, когда я чудом избежал верной смерти. Ботинок не должен был летать и точка! С этой мыслью я схватил его рукой и решительно поставил на землю. Ботинок постоял, словно соглашаясь с тем, что совершил глупость и больше летать точно не будет, а потом взмыл в воздух, поравнялся с моими глазами и начал подниматься куда-то к звездам. Я погрозил ему кулаком и высоко подпрыгнул, стараясь поймать его , пока он не улетел слишком высоко. Время вновь замедлилось, и я завис над землей, стараясь дотянутся до этого упрямого ботинка. Ботинок словно в насмешку над моими усилиями покачался в сантиметре от моих пальцев и вновь рванул ввысь. Я возмутился ,и совершенно не задумываясь о своих действиях оттолкнулся что есть мочи ногами прямо от воздуха и ( о чудо) начал стремительно приближаться к ботинку. Таким макаром мы летели еще несколько секунд, а потом я со всего маху врезался в небесный купол, пробил его насквозь и...
И я с пугающей отчетливостью понял, что никакого полета ввысь конечно же никогда не было, а я только что поднялся со дна нашего охранного рва. Звезды оказались всего лишь маленькими огоньками свечей, которые плавали на всей поверхностью рва, покачиваясь в специальных бумажных фонариках. Со стороны города доносилось грустное пение. Я слышал такое однажды. Когда умер мой отец. Я вытирал свои жесткие волосы синими руками в перепонках, и все смотрел и смотрел на великолепное зрелище собственных похорон.

Потом я выл белугой, привыкая к своему новому рыбьему телу. Потом был больно бит стражниками, за то, что вцепился в руку собственной матери, когда она открыла дверь. Матушка истошно кричала и просила изрубить на мелкие кусочки эту синюю мерзость , которая имеет наглость утверждать, что она ( эта мерзость) есть ее погибший сын. Стражники все же пощадили меня, хотя в остальном обошлись со мной без всякого почтения. После месяца, проведенного в нашей местной человеческой тюрьме, меня посадили в большую, специально по такому случаю сделанную бочку , погрузили на корабль и отправили за море в города Амфибий. Так я постиг первую нехитрую истину, которая гласила, что никому нет дела до того, что у тебя внутри, главное кем ты кажешься снаружи.
После Амфибий, были Сиды . Тогда меня выбросило ужасным ураганом из спасительных глубин океана на пустынный каменистый остров, попутно разодрав хвост так, что плыть я не мог. Ну что же, не могу плыть, значит пора научится летать, не так ли? Потом были тигры, потом снова люди и к 30 годам я уже мог с уверенностью сказать, что побывал в шкуре всех известных науке разумных существ. Характер мой к тому времени из просто неуживчивого стал и вовсе мало терпимым, друзей у меня со дня первого превращения отродясь не водилось, делать я ничего полезного в жизни не умел, да и честно говоря мало стремился. Тут –то на меня и нашел один очень прелюбопытный господин. Имени его я не знаю до сих пор, как не знаю жив он или нет. Он научил меня всему, что необходимо в моей профессии и вот сейчас мне предстояло пустить все свое умение в ход. Итак, приступим.